Америка Латина. Часть восьмая - Перу. возвращение.

Тема в разделе "Отчеты по Южной Америке", создана пользователем malxaz, 27 окт 2010.

  1. malxaz старый, больной туркмен

    С нами с:
    26 сен 2010
    Сообщения:
    7.997
    Симпатии:
    1.004
    Адрес:
    El Mundo
    Сайт:
    Репутация:
    92
    читатели просят выложить фото местных жителей. Я их не фотографирую почти. Почему? Ряженых смысла нет, кому ряженые нужны? А реальных, ну люди как бы не очень любят, чтоб их без разрешения фоткали. Особенно здесь. Вот представь, ты дома ходишь по улице, а тебя толпами ежеминутно без спроса всякие китайцы-японцы-негры и прочие туристы пачками фотографируют.
    Думаю вам это не понравится Вот и им тоже. Но для вас…
    [​IMG]
    [​IMG]
    [​IMG]
     
  2. malxaz старый, больной туркмен

    С нами с:
    26 сен 2010
    Сообщения:
    7.997
    Симпатии:
    1.004
    Адрес:
    El Mundo
    Сайт:
    Репутация:
    92
    День третий – руины города и рио Бланко.

    Часа в 4 утра, начали кричать петухи. Ну петухи, они и в Андах петухи. Пидарасы, я бы их так назвал. Двое. Один прокричит, второй прокричит, потом первый опять, затем снова второй. И так часа три. Я спать уже не могу. Хочется убить обоих петухов. Встал в 6-30 утра. Вот как мы спали:
    [​IMG]

    В палатках туристы, в спальнике я. Хозяйка приготовила поесть – 2 яйца, фасоль и папас фритас. Поел. Попил зеленого чая (был с собой). Купил у хозяйки 3 апельсина, 2 яблока и 3 маленьких сока. Осталась одна булочка и одно варенное яйцо. Я готов продолжать путь. Карты нет, есть слова местных, что по пути не пропаду, так как будут кампаменто и пуэблос. Немного пейзажей:
    [​IMG]
    [​IMG]

    Такая вот тропа к Чорекирау
    [​IMG]
    [​IMG]
     
  3. malxaz старый, больной туркмен

    С нами с:
    26 сен 2010
    Сообщения:
    7.997
    Симпатии:
    1.004
    Адрес:
    El Mundo
    Сайт:
    Репутация:
    92
    Marampata – Choquequirao (4 km) – это сама руина. Есть кампаменто, в нем душевые и туалеты. Больше ничего нет. Куча тур-групп. Перуанских (в основном школьники) и иностранных (кто не знаю).
    [​IMG]

    Чорекирау, был большим городом. Не меньше МП. Но он сильно разбросан по горе. Вверх. Вниз. От руины к руине, ходить сложнее. Сильные перепады высоты.
    [​IMG]
    [​IMG]

    На фото видно, террасы нижние и как бы седло-перевал. Это плаца принципаль. Между ними примерно 800 метров перепады высоты. А с другой стороны, метров на 600 вниз - загоны для лам.

    Всего, он состоит из семи частей: большие террасы, маленькие террасы, администрация города (древняя), сады, я их назвал Сады Семирамиды (потому как почти-что тоже висячие), плаца принципаль и дома вокруг нее, вершина горы, на которой проводились сходняки, священная гора с храмом с которой текла вода, и место, где впервые я увидел произведения инкского исскуства – изображение белых лам.
     
  4. malxaz старый, больной туркмен

    С нами с:
    26 сен 2010
    Сообщения:
    7.997
    Симпатии:
    1.004
    Адрес:
    El Mundo
    Сайт:
    Репутация:
    92
    Вот фото, чтобы составить представление:

    [​IMG]
    [​IMG]
    [​IMG]
    [​IMG]
    [​IMG]
    [​IMG]
    [​IMG]
    [​IMG]
    [​IMG]
    [​IMG]
     
  5. malxaz старый, больной туркмен

    С нами с:
    26 сен 2010
    Сообщения:
    7.997
    Симпатии:
    1.004
    Адрес:
    El Mundo
    Сайт:
    Репутация:
    92
    и еще немного:
    [​IMG]
    [​IMG]
    [​IMG]
    [​IMG]
    [​IMG]

    Ну и я на фоне
    [​IMG]
     
  6. malxaz старый, больной туркмен

    С нами с:
    26 сен 2010
    Сообщения:
    7.997
    Симпатии:
    1.004
    Адрес:
    El Mundo
    Сайт:
    Репутация:
    92
    Потом я сел возле домика и священного камня, и начал писать отчет – заодно и отдыхать. Дописав до этого места, я собрал вещи и пошел в верхний город, а затем выше на перевал, в сторону Санта Терезы. Говорят идти 3-4 дня. Посмотрим.
    Город Чокекирао (3033м), это не самая вершина горы. Самая вершина – перевал, это 3440 метров. Перевалил я этот перевал.
    [​IMG]
    [​IMG]
    [​IMG]
     
  7. malxaz старый, больной туркмен

    С нами с:
    26 сен 2010
    Сообщения:
    7.997
    Симпатии:
    1.004
    Адрес:
    El Mundo
    Сайт:
    Репутация:
    92
    Тропа вниз. Пошел. Сама тропа, намного хуже всего, что я уже прошел до этого. Иду, делаю фото, напротив гора - на трезубец похожа, назвал ее Слава Украине!
    [​IMG]
    [​IMG]

    Так как вышел я в 15-00, а спуск до 1470 м, то понятно, что до темноты я не успел. Где-то посредине горы, еще одна руина, но в темноте фото не сделать. Хотел сначала заночевать на ней. Но!!! Все свои продукты я уже съел, соки выпил и в наличии пустая бутылочка из под «Инка Кола» и 20 штучек (примерно) изюма в шоколаде. Поэтому спускаюсь дальше к рио Бланко, пить то хочется. Спустился около восьми вечера, к самой реке, попробовал найти кампаменто и касу, о которой мне один мужичок рассказывал. Но на дне каньона темнота. Ладно, напился воды с речки, расстелил коврик и спальник возле реки и лег спать. Но что-то не спиться – голодный. Думаю, ну на хрен я сюда поперся, смотрю по сторонам, вокруг горы, от 3000м и выше. Я как в ловушке, куда не пойди – везде карабкаться. Забрел, ебать ту Люсю!!! Ладно, пытаюсь заснуть под шум горной реки.
     
  8. malxaz старый, больной туркмен

    С нами с:
    26 сен 2010
    Сообщения:
    7.997
    Симпатии:
    1.004
    Адрес:
    El Mundo
    Сайт:
    Репутация:
    92
    День четвертый – полный вахуй!!!

    Утром проснулся, осмотрелся, сходил на разведку – касы не нашел. Настроения это не прибавило. Вот так я спал:
    [​IMG]

    Сел думу думать, что делать и куда идти.
    Вариантов два: или назад, или вперед. Назад дорога дня на 2 или 3. Вспоминая – вздрагиваю. Вперед, дорога на дня 3-4 до Санта Терезы и 8-9 дней до Вилкабамбы. Основные проблемы: жратвы нет, и емкость для воды – 0,33 мл. Думаю… решаю бросить жребий – монетку. Орел – вперед, решка – назад. Бросаю – решка, я собираю вещи и… иду вперед!!! Куй его знает почему.
    Минут за сорок, поднимаюсь на одну треть горы
    [​IMG]

    и тут мне четко приходит в голову мысль: дятел, куда ты идешь? посмотри!!! ты знаешь, когда ближайшая хата? У тебя еды нет, воды 330 мл и ты прешься неизвестно куда.
    Я все четко понимаю, разворачиваюсь и начинаю спуск. Спустился. Туда-сюда, ушло куча сил (как потом оказалось) и времени (1час 20 минут). Начинаю подъем к Чорекирао, с 1470 м на 3440 метров. Расстояние в 8 км, при разнице высот почти 2000 метров. Начинаю жевать изюм в шоколаде, это сразу бодрит. Учитывая, что сделал ненужное восхождение на часть противоположной горы в сторону СТ, и потом спускался, то начал подъем в 8-15. Часа за полтора дошел до руины.
    [​IMG]
    [​IMG]
    [​IMG]

    Руина как руина, террасы, какой-то домик агронома. Вообще, на самом деле, этих руин здесь (не помеченных в ЛП) – вагон и еще маленькая тележка. Зайдите в институт культуры, поговорите и вам дадут (или продадут), карту с почти всеми руинами инков. Почему почти? Да потому, что они по-моему все руины сами толком не знают. И бродите себе – исследуйте.
    Так как здесь нет ни одной живой души, туристам силенок и желания сюда дойти не хватает, сторожа нет, я разделся до гола и полез в инкскую ванну купаться. Фото к сожалению выложить не могу, так как уже продано в Mens Heaths
    Купался и отдыхал около часа. Потом опять в путь. Прошел еще час и … видно кончилась энергия шоколада. И ваще силы кончились. Задышка страшная. Солнце уже светит вовсю. Мотор (сердце), кажется вот-вот выскочит. Как раз дошел до одной полянки, на ней куст был тенистый.
    [​IMG]

    Я расстелил коврик и упал отдышаться. Минут 20-ть, я пытался отдышаться. А потом…потом я так и не понял, не то отключился, не то заснул. Проснулся или пришел в себя через 40 минут. Вроде все нормально. Встал. Собрал вещи и пошел дальше.
    Но не тут-то было. Все, по-моему силы, навсегда покинули меня. Ноги уже никакая судорога не сводит, они просто стали ватные. Спину от рюкзака ломит ужасно. Лямки пережимают артерии на плечах, и пальцы рук начинают неметь (а может и от чего-то другого), сердце и легкие…это трудно описать, просто задыхаешься, хочешь глотнуть побольше воздуха и не можешь, как-будто тебе пробили легкое ножом. Прошел минут 15-20. Только увидел маленький кустик на тропе (тень только для головы) – упал и лежу. Смотрю, надо мной кондоры летают, красивые такие, и близко – меня рассматривают. А я их.
    Что-то вспомнилась песня :http://www.youtube.com/watch?v=lK35QPvwtWI&feature=related
    http://www.youtube.com/watch?v=9ApaeSUqCSA&feature=related
     
  9. malxaz старый, больной туркмен

    С нами с:
    26 сен 2010
    Сообщения:
    7.997
    Симпатии:
    1.004
    Адрес:
    El Mundo
    Сайт:
    Репутация:
    92
    Начинаю обдумывать варианты. А какие варианты? Только один, идти, ползти, из-за всех сил. По этому склону горы, туристы не ходят. Разве что с МП или Вилкабамбы, но это раз-два в месяц (очень сложные маршруты). Воды в бутылочке остался глоток. Без еды и без воды, сил не прибавиться. А лежать и … что лежать? Получить тепловой удар?
    Встаю. Начинаю подъем. Иду как пьяный. Опираюсь на палку. Ощущения все те же, ноги ватные, спина болит, руки немеют, голова болит, отдышка, задышка, сердце готово разорваться, тошнота. Думаю: какую дебильную смерть себе нашел, или от разрыва сердца или от жажды в горах.
    Вот так и полз. Минут 10-15 ползу, минут 15-20 лежу прямо на тропе, ничего уже не расстилаю, просто падаю, лишь бы тень для головы была. Проклял все.
    Тропа постоянно идет зигзагом. 10 метров вверх вправо, поворот и 10-15 метров вверх влево. И так без конца, без края. Смотришь на вершину, а она не приближается.
    Не знаю, вряд ли получилось описать все то, что я испытал и пережил. Но примерно думаю получилось. Страха не было. Были мысли о дебиле (мне), нашедшем дебильную смерть. Уже было не важно, умру ли от разрыва сердца или от жажды или теплового удара.
    Где-то в начале пятого, я дошел до перевала.
    [​IMG]

    Но даже отдыхать не стал. Надо скорее спускаться с высоты пониже. Плюс противоположный склон горы, как раз в тени был, холодный ветерок. При спуске совсем другие мышцы ног работают. Кое-как телепаюсь, понимаю, что основное уже позади. Вроде от руин до перевала, не много – 400 метров высоты и около 2-3 км тропы, но шел я ох как долго. На руинах, встретил охрану, перед закрытием проверяющую остался ли кто.
    Они меня увидели и акуели (наверное от вида), ты откуда спрашивают? От рио Бланко иду, в Марампату. Ну удачи тебе парень говорят, немного осталось – час ходьбы.
    Но я первым делом на руинах дошел до душа. Разделся и залез под ледяную воду. Минут 10 простоял, пока морозить не начало. Вылез. Немного попил, начало рвать. Но рвать нечем. Оделся не вытираясь и пошел. Вроде стало намного легче. Отдышки уже сильной нет, так небольшая. Правда ноги, спина и руки, но я уже не обращаю внимания. Перед глазами бутылка пива, большая, и тарелка с едой.
    Дошел до хаты (той же самой). Захожу во двор, там под навесом сидят три парня и две девушки. Девушек знаю, это те, что со мной из Кочоры выходили. Нашел хозяйку. Она делает круглые глаза: ты что вернулся? Проголодался – говорю – есть, что поесть? И пива!!! Большую бутылку. Поесть через пол часа, а пиво дает сразу – 750 мл бутылка. Сажусь ко всем в беседку. Открываю пиво. Один стакан залпом, второй. Становится хуево. Ухожу в сторону. Попустило. Иду покупаю еще 3 яблока, сажусь за стол, режу ломтиками и медленно ем. Спрашиваю девчонок: это вы только дошли? Нет, говорят – мы ночевали в Санта Розе, сегодня ходили по Чорекирао и возвращаемся ночевать в Санта Розу. Ну удачи! Они ушли. Остальные это швед с гидом и один перуанец из Лимы, папа немец, мама перуанка – зовут Клаус. С папой держат тур-агенцию, вот с палаткой-рюкзаком-спальником, тоже пришел пробить маршрут и связи на местах. Многие говорит интересуются, хотят с папой тоже замутить сюда тур. Так парень вроде неплохой. Посидели, пообщались. Я съел яблоки, потом съел ужин, выпил все пиво, потом две кружки по 700мл чая. И не могу напиться. Пошел еще у хозяйки сока пачку купил, смешал 50 на 50 с водой. Выпил. Пошел спать на коврик. Все закончилось хорошо.
     
  10. malxaz старый, больной туркмен

    С нами с:
    26 сен 2010
    Сообщения:
    7.997
    Симпатии:
    1.004
    Адрес:
    El Mundo
    Сайт:
    Репутация:
    92
    День пятый – возвращение.

    Еще вчера вечером, я не знал, сколько мне потребуется дней на возвращение, один или два, как будет с силенками. Всю ночь, пил и ссал, пил ссал.
    Утром проснулся, никуда не спешил. Попил, подождал пока хозяйка приготовит поесть: жаренный лук с варенной морковью, варенная фасоль и картошка в мундирах. Так отвык много есть, что за раз, смог съесть только треть. Остальное пересыпал в целофановый пакетик, на потады (на потом, в дорогу). Водой в этот раз запасся очень. Купил 3 пакетика сока (по 250мл) и смешал их с тремя бутылочками воды (330мл).

    В 8-15 вышел. Идти думал по самочувствию. За два часа (6 км) спустился к реке. Теперь подъем – 10 км и набор высоты 1350 метров.
    [​IMG]
    [​IMG]

    На фото, гора идет ступеньками. Их три. Там вот средняя это перевал – мирадор Капулийок (2700м). Начал подъем. Все вроде нормально. Дыхание, ноги, только руки немного немеют. Самое сложное это солнце. Спуск был в тени, а вот эту сторону горы, солнце как раз жарит. Обмазал руки – ноги кремом от солнца, на голову футболку и иду. Дошел до кампаменто – Чикуиска. Купил попить (про запас). Попил. Попросил ключ от душа. И сняв только шорты, в носках, трусах, футболках (одна на теле, вторая на голове) залез под холодную струю. Стоял минут десять. Хорошо. Все-таки, холодная вода бодрит сильно. Оделся. Весь мокрый, пошел дальше. Через час, абсолютно сухой. Зашел на перевал. Наконец-то!!! Самое сложное позади. 14-45. За четыре с половиной часа, 10 км тропы и 1350 м набор высоты. Но организм уже видно так привык, что кроме отекания рук, ничего нет. Фото на память:
    [​IMG]
     
  11. malxaz старый, больной туркмен

    С нами с:
    26 сен 2010
    Сообщения:
    7.997
    Симпатии:
    1.004
    Адрес:
    El Mundo
    Сайт:
    Репутация:
    92
    Сел есть то, что в кульке. Как раз в самый раз, для подкрепления сил. Осталось еще 11 км, но это практически ровная широкая тропа, идущая немного под уклон. Это практически прогулка в парке. Так вот, караванами ходят местные:
    [​IMG]

    И тут, со стороны Качоры, на перевал заползает группа туристов с гидами: двое парней (лет 28-30) и пять девочек (лет по 25-28). Девочки все такие модные, симпатичные, ухоженные, видно, что со спортом если и дружат, то очень слабо. Уставшие все очень. И это всего лишь после 11 км ровной дороги. Они не представляют, что их ждет. Какой спуск (сегодня) и какой подъем (завтра). Думаю, они проклянут не раз, эту затею с треккингом. Подтягиваются еще пару проводников с мулами. Баллоны с газом, еды коробки. Сегодня утром, на спуске (я спускался, они подымались), видел с виду нормального парня, лет 35-ти, сидел на муле (которого тащил вверх проводник) с таким убитым видом. По моему его уже ничего не интересовало, ни красота природы, ни красота Чорекирао. Как там в фильме «Брат» любил говорить один герой: бери ношу по себе, чтоб не падать при ходьбе.

    Ну еще пару часов легкой пешей прогулки, и я в Качоре.
    [​IMG]

    В тот же хоспедахе, дедушка с бабушкой меня встретили как родного. Срузу бутылку пива (0,750мл), потом в «пойерию», салат-картошка фри-макароны-курица, в магазин за мандаринами (пару кило) и писать отчет по свежим воспоминаниям. Ну и запоздалая карта:
    [​IMG]

    Вот все, что из этого получилось. Итак, в Вилкабамбу я не пойду. Устал. Очень. НЕ столько физически, сколько морально. Плюс самое сложное для меня, это спать в спальнике. Ходить много могу, не есть долго могу, но вот спать не в кровати – не могу!!! Долго. Пару-тройку ночей это предел. Плюс устал от однообразия руин. Все таки инки были примитивным народом, и строили примитивно, одинаково. Поэтому знаю, что нового ничего не увижу. А от нагрузок, от них надо отдохнуть. А то вместо анаболических реакций, одни катаболические. Поэтому завтра с утра в Куско, вечерним бусом в Арекипу, и там пару дней отдыха. Почитаю ЛП и решу, что мне надо смотреть, а что нет.

    п.с. Уже в Арекипе надо забрать вещи со стирки, купить маме подарок - свитер с ламами и приготовит посылку на завтра (DHL захотели 478 солей за кило - уроды!!! а CorreoPeru всего лишь 167 солей за три кило)
     
  12. malxaz старый, больной туркмен

    С нами с:
    26 сен 2010
    Сообщения:
    7.997
    Симпатии:
    1.004
    Адрес:
    El Mundo
    Сайт:
    Репутация:
    92
    Советы.

    Из всего увиденного и объезженного, могу рассказать и дать пару советов, что и в какой последовательности стоит посмотреть. Сразу скажу, я не любитель путешествий в стиле быстрой перемотки фильма на ДВД, хотя понимаю, что у большинства людей, отпуск ограничен 14-21 днем. Но региону Куско, стоит уделить неделю, именно столько времени надо, чтобы посмотреть все самое интересное.

    Про департамет Куско скажу, я осмотрел около 20-ти различных руин. Что хочу отметить как желательные для посещения: Мачу Пикчу, Писак, Виткос и Чорекирао. Это основные. Ну и можно добавить сюда все те, что сейчас входят в болето туристико (они скажем рангом поменьше). Все остальное … не знаю, не получилось дойти до Вилкабамбы и за нее ничего не скажу. Кстати чисто случайно, нашел еще одну, вроде неплохую руину – карсель дель Пьедра (Ccacca carcel, carcel de Piedra) называется. Случайно увидел плакат с изображением в хоспедахе, спросил владельца где это. Это городок Cotabambas, департамент Apurimac. Ехать сначала до городка Анта из Куско и уже оттуда до Котабамбас.
    [​IMG]


    Итак, ЧТО? КАК? ПО ЧЕМ?

    Что делать в Куско, пусть каждый решает сам, музеи, церкви или что-то еще. Я расскажу об окрестностях, как и в какой последовательности их посетить. Есть два варианта: первый это спокойное посещение, второй это треккинг.

    Вариант первый – спокойный.
    День Первый.
    Утром, часов в 9-00, садитесь на микро в Кильябамбу (30 солей). Ехать 5 часов. Приезжаете на площадь, верхнюю ее часть. А в нижней ее части, отправляются микро в Уанкакале, 15 солей и 2,5 часа езды. То есть, к вечеру вы будете на месте. Хосталов там два. В том, что лучше, цена 15 солей с чела. Итог дня – 60 солей, с ночлегом и без еды.

    День Второй.
    Встаете рано, часов в 7 утра. Завтракаете и смотрите Виткос, часа два (вход пока бесплатный). Затем садитесь на микро и спускаетесь с гор до Чалай (Challay), это 15 солей. Шоферу говорите: сеньор, носотрос бахамос а Чалай. И он вам остановит. От Чалай до Санта Марии, 15 минут ходьбы, в противоположную сторону, куда уехал микро. Как только вы дойдете до центра, вас сразу схватят водилы микро которые едут в Санта Терезу, и за 10 солей и 2 часа довезут. Точно так же случится и в Санта Терезе. 5 солей, и пол часа езды и вы в Гидроелектрике. Там спросите направление (дондэ сэндэро пара Агвас Кальентес) и за два с половиной часа дойдете. Дойти должны до темноты, но на всякий случай, возьмите с собой фонарик (береженного Бог бережет). С пути не собьетесь, тропа все время идет вдоль ж.д. полотна. Зайдете в АГ, от площади вверх, идет кайе Пачакутек (Pachacutec). На ней гостиницы в ценовом диапазоне от 15 солей с чела, до 100 доларей за номер. Я жил за 15, ничем не отличается. Поесть, можно в меркадо централь (он рядом с площадью), очень рекомендую. Во-первых, чисто, во-вторых, вкусно, и в-третьих дешево. Суп и второе + компот, обойдутся в 7 солей. Но если хотите ресторан, то их там как собак на свалке. Итог дня – 45 солей с ночлегом и без еды.

    Далее, есть два варианта. 1-й это день в АК, 2-й это 2 дня в АК.

    Если день.
    Тогда в этот же вечер, покупаете билет на МП, они продаются на площади в здании муниципалитета и стоят 126 солей, кассы работают до 9 вечера. Утром встаете рано. Если пешком, то в 4-30, если на бусе, то в 5-00. Бусы начинают ходить в 5-45. Если хотите попасть на Уайна Пикчу, в темпле дэ ла Луна и на вторую гору поменьше (Учуй Пикчу), или на что-то одно из этих трех, то надо приехать первыми бусами. А таких желающих много (но оно того стоит) и поэтому, в 5-30 вы уже должны быть на остановке бусов. Билет стоит 24 соля. Пешком бесплатно. После МП, рекомендую в термальные источники, 15 солей вход и очень снимает усталость и забитость мышц.
    Итог дня – 126+24+15+15=180 солей.

    Если два дня.
    Тогда просто в первый день, вы выспитесь, спокойно взберетесь на Путукуси (я думаю лесницу на не уже отремонтировали) и вечером можете полежать в горячих источниках.
    Итог дня – к 180 солям, добавьте 15 ночлег и 15 источники=210 солей, не считая еды.

    Были ли вы два дня, или один, на следующие утро вы встаете и проделываете обратный путь, пешком до Гидроелектрики, 5 солей до Санта Терезы, 10 солей до Санта Марии, а вот там, в том же центре, вы за 25 солей, садитесь в микро Кильябамба-Куско и за три с половиной часа, доезжаете до Олантайтамбо. Там выходите, селитесь в хостал (средняя цена 25 солей с чела) и отдыхаете до завтра.
    Итог дня – 75 солей с ночлегом и без еды.

    День пятый или четвертый (в зависимости, сколько были в АК)
    Просыпаетесь рано, идете к руине и покупаете болето туристико за 130 солей, на посещение 16 мест. Смотрите руину (часа два-три) и идете к меркадо централь. Оттуда отправляются все микро в Урубамбу (цена ун соль или 1 соль). Там же, на третьем этаже рынка, можно поесть офигенное кальдо дэ кордеро (что-то типа нашей шурпы с бараниной). За пол часа доезжаете до терминала Урубамбы, и сразу же пересаживаетесь в микро до Писак. Цена 3 соля и ехать чуть более часа. Приехав в Писак, заселяетесь (средняя цена 20 солей с чела) и отдыхаете до завтра.
    Итог дня – 154 соля.

    День шестой или пятый.
    Встаете рано, позавтракав, берете такси (3 соля) и доезжаете до входа в руину, это 10 км. Я подымался другой дорогой, но вам ее не советую, так как очень устанете (5 км вверх, 3-4 км по руинам и 5 км вниз, а вечером смотреть еще пять руин). Отпускаете такси и пройдя все места крепости-города, спускаетесь тропой инков прямо в центр города. Смотреть руину, по-хорошему надо часа 3-4. В городе обедаете, садитесь в микро и за 3 соля, доезжаете до Тамбо Мачай, попросите водителя остановить возле руины. От Тамбо Мачай до Куско 8 км, но дорога постоянно идет вниз. По пути смотрите Пука Пукару, Темпло дэ ла Луну, Кьенко и Саксайваман. Все эти места включены в болето туристико, поэтому не платите ничего.
    Итог дня – 6 солей.

    В итоге, за 6-7 дней и 520 или 550 солей (в зависимости от кол-во дней), без учета стоимости еды (я не знаю, что и в каких количествах вы едите), вы осмотрите самые лучшие и значимые руины Империи Инков.
    С учетом того, что в тур-фирме одна только экскурсия на МП из Куско, без стоимости входного билета, на 2 дня и одна ночь стоит 300 солей, а то и более, думаю нормально.

    Вариант второй это треккинг.

    Такие места как Чорекирао и Вилкабамба + Испириту Памба, можно посмотреть только в треке. Есть две точки старта, Кочера и Уанкакале. С обоих этих мест, можно пройти тропами инков и через Вилкапампу, Мачу Пикчу, Чорекирао. Но выйдет это где-то на дней 15-ть, не меньше. Поэтому рекомендую разбить на три различных треккинга:
    - Кочера – Чорекирао,
    - Уанкакале – Вилкабамба,
    -ну и попсовая Мачу ПИкчу через Санта Терезу. Рекомендую взять проводника и мула. Но не берите тур в агенциях – дорого. Приехав и в Уанкакале, и в Кочору, вы без труда найдете местного, немного говорящего по-английски, который во много раз дешевле, согласится провести вас по любому маршруту. Стоимость мула, примерно 25-30 солей сутки, проводника, как договоритесь.
    Бьен бьяхе!!!
     
  13. malxaz старый, больной туркмен

    С нами с:
    26 сен 2010
    Сообщения:
    7.997
    Симпатии:
    1.004
    Адрес:
    El Mundo
    Сайт:
    Репутация:
    92
    Ну и в заключение, пару исторических опусов о Империи Инков.

    Опус первыйтак и не покорившаяся мне Вилкабамба или последние дни Империи Инков.

    Тупак Амару (кечуа Thupaq Amaru, исп. Túpac Amaru, 1545 года — 24 сентября 1572года), последний правитель Инка народа Перу. Сын Титу Куси Юнпаки (также известного как Манко Капак II), был жрецом и хранителем тела своего отца.
    [​IMG]

    Приход к власти.
    После того, как его брат, Сапа Инка (Титу Куси), умер в 1571 году, Тупак Амару стал правителем империи инков. На тот момент, столица Инков была уже в Вилькабамбе. Сразу после смерти Сапа Инка, в народе распространились слухи, что испанские священники, которых он принимал в своем дворце - отравили его. Священники были схвачены и казнены, приграничные территории между Перу и испанскими владениями были заняты инками. К этому времени испанцы ещё не знали о смерти предыдущего Сапа Инка и послали двух послов для проведения переговоров. Они оба были убиты одним из командиров инков.
    Используя как повод к войне то, что инки «нарушили закон, соблюдаемый всеми народами мира о безопасности послов» (забыв вспомнить поступки Писарро), новый вице-король, Франциско де Толедо, граф Оропеса, решил атаковать инков и захватить Вилькабамбу. Он объявил войну 14 апреля,1572 года. В течение двух недель, небольшая группа испанских солдат, захватила ключевой мост на границе и это стало началом вторжения.

    Решающая битва с Испанией.
    1 июня, начались первые боевые действия в долине Вилькабамба. Несмотря на то, что инки были гораздо хуже вооружены, они были настроены на победу. Инки атаковали первыми. Раз за разом они пытались снять осаду испанцев и их союзников, но были вынуждены отступить. 23 июня, форт Гайана Пукара загорелся в результате артиллерийского обстрела. Армия инков вынуждена была оставить последний город и отступить в джунгли. 24 июня, испанцы вошли в Вилькабамбу, но обнаружили её опустошенной. Тупак Амару исчез. Город был полностью разрушен, а империя инков официально перестала существовать.
    За день до этого, Тупак Амару с сотней воинов ушёл на запад в джунгли. Его группа, состоящая из военачальников и членов семьи, разделилась на более мелкие с целью избежать захвата.
    Три группы испанских солдат преследовали их. Одна из групп захватила сына и жену Титу Куси. Вторая группа вернулась с военнопленными, а также захватила золото, серебро и драгоценные камни. Третья группа взяла в плен двух братьев Тупака Амару, других членов семьи и нескольких военачальников. Тупак Амару и его главнокомандующий оставались на свободе.

    Рейд из Вилькабамбы.
    После описанных событий, испанцы сформировали отряд из 40 лучших солдат для поисков Тупака Амару. Они прошли реку Масауай и через 170 миль обнаружили склад инков с большим количеством золота и столовых приборов для сервировки императорского стола. Испанцы захватили группу индейцев в Чунко, которые сообщили о том, что видели Инку. Испанцы узнали, что Тупак Амару спустился по реке на лодке в местность под названием Момори. Испанцы связали плоты и последовали за ним.
    В Момори они обнаружили, что Тупак Амару ушёл дальше. Испанцы воспользовались помощью местных индейцев, которые указали им путь и сообщили, что Тупак Амару задержался в их краях из-за родов жены. Пройдя 50 миль, преследователи увидели огонь костра. Они обнаружили Инка Тупака Амару и его жену у этого костра. Он был с только, что родившей женой и несколькими близкими военачальниками, испанцы гарантировали безопасность Тупаку Амару и его жене, и он сдался без боя.
    Пленники были проведены к руинам Вилькабамбы, а оттуда были доставлены в Куско вместе с остальными захваченными индейцами, 21 сентября. Победители захватили также мумифицированные тела Манко Капака и Титу Куси Юпанки, золотую статую Пунчао, а также другие реликвии, в том числе остатки сердца умершего Сапа Инка. Впоследствии они были уничтожены.

    Казнь.
    Священники предприняли попытку обратить Тупака Амару в христианство, но эти предложения были отклонены человеком, который был готов встретить свою судьбу. Над пятью пленными военачальниками инков прошёл суд, но никто ничего не сказал в их защиту. Они были приговорены к виселице. Тела тех из них, кто умер ранее от пыток, были также повешены.
    Процесс над последним Инкой начался несколькими днями позже. Тупак Амару был обвинен в убийстве священников в Вилькабамбе, к которому скорее всего не имел отношения и был приговорен к смертной казни. Многочисленные источники свидетельствуют, что многие католические священники, верящие в невиновность Тупака Амару, напрасно просили стоя на коленях отменить казнь, говоря, что Инка был послан Испании для процесса, но не для казни.
    Существует точка зрения, что исполнение несправедливого приговора над Тупаком Амару в 1571 году, стало большим пятном на репутации Вице-короля Толедо. Есть и противоположные позиции — что Тупак Амару принимал участие в восстании, и что Франциско де Толедо, предпринимал попытки мирного решения разногласий, что трое его послов к инкам были убиты, и что Тупак Амару впоследствии руководил войсками, сопротивляясь колониальной армии. С этих точек зрения казнь Тупака Амару не является несправедливым или неправильным решением, как было на самом деле, мы уже никогда не узнаем. Но, Король Испании Филипп Второй, тем не менее, отнесся к казни с осуждением.
    Очевидцы сообщают, что видели в день казни его верхом на муле с руками, связанными за спиной и петлей на шее. Другие очевидцы сообщают, что собралась большая толпа и, что Инка охраняли сотни человек, вооруженных копьями. Перед главным собором на центральной площади Куско, был установлен драпированный чёрной материей эшафот. Источники называют от 10 000 до 15 000 человек, присутствовавших на казни.
    Тупак Амару взошёл на эшафот, сопровождаемый епископом Куско. Очевидцы сообщали: «множество индейцев, которые заполнили площадь, наблюдали это грустное зрелище и знали, что их правитель Инка должен умереть, они взывали к небесам, и все заглушали их крики и плачи.
    По сообщениям Балтазара де Окампа и монаха-доминиканца из Куско Габриэля де Овьедо, они оба были очевидцами того, как последний из великих Инка поднял руки, чтобы толпа замолчала и его последними словами были:
    «Ccollanan Pachacamac ricuy auccacunac yahuarniy hichascancuta».
    «Мать Земля, будь свидетелем того, как враги проливают мою кровь».


    Последствия.
    В Куско в 1589 году, Дон Манцио Серра де Легуисамо — последний оставшихся в живых из первых завоевателей Перу — писал о правителях инков следующее:
    «Мы обнаружили эти государства в очень хорошем состоянии, и упомянутые Инка управляли ими так мудро, что среди них не было ни воров, ни порочных мужчин, ни неверных жен, ни распутных женщин, ни безнравственных людей. У мужчин были честные и полезные профессии. Земли, леса, шахты, пастбища, дома и все продукты труда, были распределены таким образом, что каждый знал свою собственность, и ни один человек не претендовал на нее, и не пытался захватить ее, местные законы не поощряли это. Причина, которая обязывает меня об этом писать — очищение моей совести, поскольку я чувствую себя виновным. Мы уничтожили все это своим плохим примером, народ который имел такое правительство и был счастливой нацией. Они не знали преступлений или казней, как мужчины, так и женщины, индеец, имеющий на 100 000 песо золота или серебра в своем доме, мог оставить его открытым, оставив маленькую палочку напротив двери, которая говорила о том, что он был хозяином этого имущества. Если он сделал это, по их традиции, никто ничего не мог взять там. Когда они увидели, что мы вешаем на двери замки и закрываем их на ключ, они решили, что мы боимся, что они могут убить нас, но они не верили, что кто-нибудь может украсть имущество другого. Когда они обнаружили воров среди нас, и людей, которые пытались соблазнить их дочерей, они стали презирать нас».
    Вот так, и вот откуда растут ноги. И сейчас, когда многие туристы говорят про индейцев населяющих Перу, что они жулики и воры, я все таки хочу заметить, что такими их сделали европейцы, принесшие в их культуру разврат и научившие их воровству, обману, пьянству.

    Потомки.
    Захват Перу продолжался в течение около сорока лет с момента казни императора Атаугальпы, до момента казни его племянника Тупака Амару. Испанские вице-короли выслали всех потомков династии правителей инков. Несколько десятков их, включая трехлетнего сына Тупака Амару, выслали в Мексику, Чили, Панаму и другие колонии.

    А теперь, чтобы закончить рассказ об Империи Инков, и вернуться к нашей с Сергеем Пупсом дискуссии о Франсиско Писсаро, я выложу небольшое исследование на тему « Три товарища».
    Почему три? Да потому, что заслуга в покорении Перу принадлежит отнюдь не одному Франсиско, а еще как минимум двоим его друзьям, которых он потом банально кинул, а одного из них, так просто задушил.
    Итак, навеяно Эрихом Марией Ремарком, и его романом « Три товарища».

    Служили два товарища или Рассказ о Писарро и Альмагро.

    О Ф. Писарро, все знают в общих чертах, кто и за что его убил – знают немногие, а кто такой Альмагро – знают еще меньше. Хотя эти двое, неразрывно связаны. До поры до времени, они были друзьями-товарищами и смерть одного из них (Альмагро) – стала причиной смерти второго (Писарро)

    Итак, история Конкисты Перу и двух друзей, Франсиско и Диего.

    Франсиско Писарро Гонсалес, родился в городе Трухильо, в Эстремадуре.
    [​IMG]

    Точная дата его рождения неизвестна, в качестве вариантов называют 1471, 1475, 1476 и 1478 годы. Традиционно днем рождения конкистадора считается 16 марта. Сведений о ранних годах жизни также немного. Писарро не знал грамоты, из чего можно сделать вывод, что его воспитанием и обучением никто особенно не занимался, поскольку юность свою он провёл среди крестьян. Имел прозвище «El Ropero» — «сын кастелянши», поскольку его мать имела прозвище «la Ropera» — «Кастелянша».

    Родители
    Отец,
    Гонсалес Писарро, имевший прозвища «Длинный», «Косой», «Римлянин», был капитаном терций в Италии. Отец никогда не признавал Франсиско своим сыном, даже незаконнорожденным. После рождения Франсиско, его отец женился на своей кузине Франсиске де Варгас, от которой имел много детей. После смерти Франсиски, он имел «многочисленнейших внебрачных детей» от служанок Марии Алонсо (María Alonso) и Марии Бьедма (María Biedma). Отец умер в 1522 году, во время войны в Наварре. В своём завещании, составленном в Памплоне, 14 сентября 1522 году, он признал всех своих детей, как законных, так и внебрачных; всех, кроме одного — будущего маркиза дона Франсиско Писарро, не упомянув его в документе.
    Мать, Франсиска Гонсалес Матеос, после смерти своего отца Хуана Матеоса поступила, как сирота, служанкой в монастырь Фрейлас-де-ла-Пуэрта-де-Кориа (el Monasterio de las Freilas de la Puerta de Coria), там она была совращена Гонсало Писарро, и от него забеременела, из-за чего её выгнали из монастыря и она вынуждена была жить в доме своей матери, и позже выйти замуж второй раз за Хуана Каско. В его доме и был рождён Франсиско Писарро.

    Молодость
    Юношей Франсиско отправился солдатом в Италию, где сражался в рядах Великого Капитана Гонсало Фернандеса де Кордоба-и-Агилар (Gonzalo Fernández de Córdoba y Aguilar, el Gran Capitán). Уволенный из войска, он вернулся в Эстрамадуру, чтобы сразу же завербоваться в свиту, отправлявшуюся в Индии его земляком монахом Николасом де Овандо (Nicolás de Ovando).
     
  14. malxaz старый, больной туркмен

    С нами с:
    26 сен 2010
    Сообщения:
    7.997
    Симпатии:
    1.004
    Адрес:
    El Mundo
    Сайт:
    Репутация:
    92
    О Диего де Альмагро, известно еще меньше, если Писарро был незаконным сыном идальго, то Диего — просто подкидышем.

    [​IMG]

    Существует легенда, что в 1475 году, его нашли младенцем, в деревне Альмагро, от которой он и получил свое имя. Диего, вырос среди солдат, еще совсем молодым отправился в Америку и ради золота готов был пойти на самые рискованные предприятия.

    В 1513 году, Франсиско Писарро принял участие в военной экспедиции Васко де Бальбоа в Панаму, в ходе которой испанцы открыли для себя Тихий океан. С 1519 по 1523 годы, он жил в Панаме как колонист, был избран магистратом и успел сколотить небольшое состояние.
    В те времена, испанцы, пытавшиеся проникнуть в глубь материка, сталкивались с огромными трудностями. Высокие горы, непроходимые болота, густые тропические леса создавали для завоевателей серьезные препятствия, к которым прибавлялось еще упорное сопротивление воинственных туземцев. Вследствие этого продвижение испанцев к югу на некоторое время приостановилось.
    Заинтересовавшись слухами о неизвестной еще европейцам индейской цивилизации и ее неисчислимых богатствах, предприимчивый Писарро начинает действовать. Однако, не располагая достаточными средствами, он заключил союз с двумя другими авантюристами, которые согласились снарядить экспедицию на свои деньги. Одного из них звали Диего де Альмагро, другого — Эрнандо де Луке.

    Самому молодому из этих авантюристов было пятьдесят лет!!! Испанский историк Гарсиласо де ла Бега рассказывает, что, когда в Панаме узнали о проекте Писарро, он и его компаньоны сделались предметом всеобщих насмешек. Особенно потешались над Эрнандо де Луке (больше всего вложившем денег), которого стали называть Эрнандо Безумный.
    Участники предприятия быстро договорились между собой и разделили обязанности. Луке согласился предоставить большую часть денежных средств для снаряжения кораблей и выплаты жалованья солдатам. Альмагро, поставив на карту все свои сбережения, и руководил подготовкой экспедиции. Писарро, обладавший небольшой суммой, и владевший только шпагой, взял на себя непосредственное руководство открытиями и завоеваниями.
    Четвертым, неофициальным компаньоном стал Панамский наместник Педро Ариас д'Авила, которому была обещана четвертая доля будущей добычи, за одно лишь обещание не чинить препятствий инициаторам экспедиции.

    С трудом снарядив один корабль, в ноябре 1524 года, Франсиско Писарро вышел из Панамского порта на поиски "Золотого царства".

    Вскоре Диего де Альмагро, снарядив второй корабль, вышел из Панамы с семьюдесятью испанцами по следам своего компаньона, оставлявшего по пути условные знаки. Не застав его в Пуэрто-де-ла-Амбре, Альмагро двинулся дальше и достиг устья реки Сан-Хуан. Каждая высадка испанцев на берег сопровождалась ожесточенными стычками с индейцами. В одном сражении, Альмагро лишился глаза. Разгромив и предав огню несколько селений, он решил повернуть обратно и плывя вдоль берега, достиг Чикамы, где и нашел Франсиско Писарро с остатками его отряда.
    Соединив свои силы, оба конкистадора стали обдумывать план новой экспедиции в Перу. Людей у них было мало, припасы иссякли, средства истощились. Конкистадорам не оставалось ничего другого, как вернуться в Панаму и просить о содействии жадного и упрямого д'Авилу. Встретив с его стороны решительный отказ, Писарро и Альмагро снова прибегли к помощи священника Луке. Ему удалось заинтересовать богатых купцов и чиновников и добыть необходимые средства. И тогда три компаньона заключили беспримерный в истории договор, согласно которому каждому причиталась третья часть будущей добычи, причем ни один из них не имел понятия не только о величине и могуществе, но даже о местоположении "Золотого царства", которое они собирались завоевать.

    Под договором смог подписаться один только Эрнандо де Луке, Писарро же и Альмагро вывели вместо подписи кресты, а рядом с крестами проставили за неграмотных их имена, два панамских жителя.
    Заключив этот договор, Писарро и Альмагро не без труда набрали отряд из ста шестидесяти человек и закупив все необходимое, отправились на двух кораблях во второе плавание. Конкистадоры достигли без помех устья реки Сан-Хуан и поплыли вверх по течению. Они разорили несколько туземных деревень и захватили богатую добычу.
    Однако индейцы здесь были более цивилизованными, чем в других, уже завоеванных испанцами областях. С малыми силами, нечего было и думать о покорении этой густонаселенной страны. Необходимо было получить подкрепление. Эта задача была возложена на Альмагро, который тотчас же отправился обратно в Панаму с захваченным у индейцев золотом, чтобы заняться вербовкой добровольцев. Другой корабль - Писарро отправил под командой опытного кормчего Бартоломе Руиса к югу, на разведку, а сам Писсаро, остался со своим отрядом в захваченной индейской деревне с намерением исследовать близлежащие местности.
    Бартоломе Руис успешно выполнил свою задачу, избегая столкновений с индейцами, он продвинулся далеко на юг, почти до экватора. Перед изумленными испанцами открывалась цветущая земля, хорошо возделанные поля, богатые селения.
    Тем временем Альмагро навербовал в Панаме еще восемьдесят добровольцев из числа вновь прибывших испанских колонистов и также присоединился с ними к Писарро. Экспедиция, теперь уже в полном составе, двинулась дальше на юг, вдоль узкой береговой полосы, окаймляющей горную цепь. Вскоре экспедиция достигла границы страны перуанских индейцев — инков. Однако начать завоевание этого обширного государства с такими ничтожными силами Писарро все еще не решался, так как несколько столкновений с перуанцами кончились не в его пользу. Выбрав для стоянки небольшой остров Гальо, он остался на месте со своим отрядом, еще раз отправив Альмагро в Панаму за подкреплением.

    Однако новый наместник, присланный в "Золотую Кастилию" после смерти д'Авилы, запретил Альмагро вербовать добровольцев для этого "безрассудного предприятия" и отправлять их "на верную погибель".
    Он не только не помог Альмагро, но направил к острову Гальо корабль за Писарро и его спутниками. Такой исход предприятия отнюдь не радовал Альмагро и Луке. Они уже вложили все свое имущество в это предприятие, и понабирали кредитов, и не намерены были отказываться от своих надежд, особенно после того, как Бартоломе Руису удалось захватить нескольких перуанцев. О богатстве этой страны можно было судить по их золотым и серебряным украшениям.
    Оба компаньона поспешили послать своего доверенного к Писарро, который убедил его настаивать на продолжении экспедиции и отказаться от повиновения наместнику. Писарро, разумеется, внял этим советам. Но напрасно он расточал соблазнительные обещания своим измученным, изголодавшимся спутникам. Когда прибыл корабль, посланный наместником, все они, за исключением двенадцати человек!!!! покинули конкистадора.
    Согласно легенде, Писарро тогда провел мечом линию на песке и предложил всем участникам экспедиции, кто желает и дальше искать богатства и славы, переступить эту черту и следовать за ним в неизведанные земли.

    Писарро, поселился вдали от берега на необитаемом острове, названном им Горгоной (ныне Колумбия). Испанцы провели там семь долгих месяцев, терпеливо дожидаясь обещанной помощи от Альмагро и Луке.
    Наконец, под влиянием настойчивых просьб Альмагро и требований испанских колонистов оказать помощь людям, все преступление которых состояло в упорном преследовании поставленной цели, наместник согласился отправить на остров Горгону небольшое судно с приказом привезти в Панаму Писарро и его спутников. Чтобы Писарро не использовал в своих интересах это судно, на его борту не было ни одного солдата и никакого военного снаряжения.
    Когда корабль прибыл на Горгону и капитан огласил приказ наместника, все тринадцать авантюристов, забыв о своих лишениях, стали уговаривать приехавших за ними матросов отправиться к берегам Перу за богатой добычей. Уговоры подействовали. Корабль направился в южном направлении вдоль берега нынешнего Эквадора, пересек залив Гуаякиль и достиг перуанского города Тумбеса. Конкистадоры открыли страну инков, полную золота и серебра. Но они не могли покорить могущественную страну своим маленьким отрядом, поэтому вынуждены были вернуться.

    После восемнадцатимесячного плавания авантюристы прибыли в Панаму, где их считали давно погибшими.
    Прошло более трех лет с тех пор, как Писарро предпринял первую попытку проникнуть в Перу. Неудачные экспедиции вконец разорили его компаньонов Альмагро и Луке. И тогда, в 1528 году, Писсаро отправился в Испанию на аудиенцию к королю Карлу V. После долгих хлопот и рассказывания сказок (которые потом воплотились в жизнь), он получил от него в качестве поощрения за свои труды звание наместника, военачальника, должность главного судьи, дворянский герб и пожизненную пенсию. Писарро, выговорил также награды и титулы для обоих своих компаньонов и для всех остальных участников экспедиции.
    Наконец в начале 1530 года, Писарро вернулся в Панаму, где сразу же столкнулся с новыми неожиданными осложнениями и трудностями. Диего де Альмагро видел в нем теперь не союзника, а соперника. Если Эрнандо де Луке королевским указом назначался епископом Новой Кастилии, то для Альмагро, честолюбие и способности которого были Писарро хорошо известны, он выхлопотал только дворянское звание, денежную награду — жалкие пятьсот дукатов, и начальство над еще не существовавшей крепостью в Тумбесе. Альмагро, потративший значительно большую сумму на предварительные путешествия чем Писсаро, счел себя обманутым и отказался участвовать в новой экспедиции. Сплотив вокруг себя недовольных и обиженных королевской подачкой, он обвинил Писарро в вероломстве и заявил о своем решении приступить к завоеваниям независимо от него. Это была первая черная кошка, которая пробежала между бывшими друзьями.

    В дальнейшем, распавшийся было союз конкистадоров, все же удалось восстановить, благодаря посредничеству Луке и красноречию самого Писарро, давшего торжественное обещание уступить своему компаньону должность "аделантадо" — губернатора.

    Однако средства Писарро, Альмагро и Луке были так ограничены, что они снарядили только три небольших корабля и навербовали всего лишь сто восемьдесят солдат. Правда, среди них было тридцать шесть всадников. В январе 1531 года, Писарро в сопровождении четырех сводных братьев отправился в свое последнее плавание к берегам Перу, в то время как Альмагро остался в Панаме, чтобы подготовить вместе с Луке вспомогательную экспедицию.

    Как говорил Дон Хуан (К.Кастанеда) : «хороший охотник тот, кто знает расписание своей жертвы». И Писарро, пока дожидался в прошлый раз подмоги, многое узнал о стране, которую он хотел завоевать. Столицей Инкского государства был хорошо укрепленный город Куско, расположенный высоко в горах - Андах. Столицу инков защищала крепость в Саксо, которая имела внушительный оборонительный вал высотой 10 метров.
    Верховный Инка имел огромную армию, насчитывавшую до 200 тысяч человек. За военные успехи инков называли "римлянами Нового Света". Воины много времени уделяли своему физическому совершенству, особенно бегу на длинные дистанции. Однако в вооружении индейское войско, не шло ни в какое сравнение с испанцами. В стране было большое число высокогорных каменных крепостей.

    Ко времени появления во владениях инков испанцев, во главе с Франсиско Писарро, там только-только закончилась кровопролитная междоусобная война, которая сильно ослабила страну. В начале столетия верховный вождь Гуаина Капак разделил империю инков на две части между двумя своими сыновьями - Атагуальпой и Гуаскарой. Последний получил большую территорию и потому имел больше воинов. Но его родной брат Атагуальпа решил захватить столицу Куско и стать верховным Инкой.
    Ему удалось перехитрить Гуаскару и стянуть к Куско воинские отряды верных ему вождей. Сам Атагуальпа прибыл к столице под предлогом изъявления покорности в сопровождении сильной охраны. Обман был раскрыт слишком поздно, и правитель Куско просто не мог собрать свое войско.

    Когда до Атагуальпы дошло известие о появлении в его владениях испанцев, творивших зло и сеявших смерть в индейских селениях, он стал собирать многотысячное войско для похода против них. Писарро, узнав о военных приготовлениях верховного Инки, не испугался и сам двинулся в труднодоступные Анды по горной тропе. Испанцев вели проводники-индейцы, и они уверенно продвигались среди горных теснин к Куско. Отряд, который вел за собой конкистадор, насчитывал всего 110 прекрасно вооруженных пехотинцев и 67 кавалеристов и имел легкие пушки.
    На удивление Писарро, индейцы не защищали против него горные тропы и перевалы. 15 ноября 1532 года, испанцы, преодолев вершины Анд, беспрепятственно вступили в оставленный местными жителями город Кахамарка и укрепились в нем. Перед городом уже стояло в походном лагере огромное войско Атагуальпы.

    Франсиско Писарро по примеру Кортеса и многих других испанских завоевателей, действовал на редкость коварно и решительно. Он пригласил к себе на переговоры Атагуальпу, прекрасно зная о том, что инки считали своего Верховного вождя полубогом, до которого нельзя было дотронуться даже пальцем. 16 ноября, Атагуальпа в сопровождении всех своих полководцев и касиков (вождей племен), плюс нескольких тысяч легковооруженных воинов, лишенных защитных доспехов, торжественно прибыл в лагерь конкистадора. В тот день они действительно не боялись испанцев. Они просто привыкли, что переговоры это переговоры.
    Писарро, до мелочей рассчитал свои действия. Он вовсе не собирался вести какие-либо переговоры с индейским императором.
    Посадив гостей за стол, он споил их вином, в которое был подмешан мышьяк.
    Вот как это описано в хрониках:
    Конкистадор Франсиско де Чавес в письме от 5 августа 1533 года, утверждал, что Франсиско Писарро осуществил пленение Атауальпы, споив сначала его и его полководцев вином, отравленным моносульфидом мышьяка, что упростило задачу захвата в плен правителя, а самим испанцам не было оказано существенное сопротивление.
    Конкистадор приказал испанцам неожиданно напасть на телохранителей верховного Инки. Кавалерийская атака и стрельба из аркебуз привели к тому, что испанцы быстро перебили охрану Атагуальпы, а его самого взяли в плен. Единственным раненым среди испанцев в том бою оказался сам Франсиско Писарро.

    Весть о захвате в плен полубога - верховного Инки и всего скажем так генералитета, привела индейское войско, стоявшее под Кахамаркой, в ужас. Лишенное своих вождей и руководства, оно разбежалось и больше уже никогда не собиралось в таком количестве.
    Пленение верховного Инки самым пагубным образом отразилось на судьбе его империи. Недовольные властью инков индейские племена восстали, вновь заявили о себе приверженцы казненного Гуаскары. Огромная страна оказалась в объятиях безвластия и анархии. Испанцам это было только на руку.

    Франсиско Писарро потребовал от верховного Инки выкуп за свое освобождение из плена. Тот пообещал конкистадору и его солдатам наполнить золотом комнату площадью в 35 квадратных метров на высоту поднятой руки, а несколько меньшую комнату дважды наполнить серебром. Инки полностью внесли выкуп за своего вождя. Однако Писарро, получив баснословные сокровища, не сдержал данного слова и приказал казнить Атагуальпу.
    Это был второй случай, безграничной подлости Писарро. Он нарушал все существующие правила и нормы ведения войны и переговоров. По сути, эти два случая характеризуют его как очень подлого и непорядочного человека.

    Итак, Писарро успешно завоевывал страну инков. Альмагро с большим трудом снарядил экспедицию. В феврале 1533 года, он привел в Кахамарку сто пятьдесят пехотинцев и пятьдесят всадников. Но прибыл он слишком поздно, и помощь его была уже не нужна. Тем не менее, по условиям договора, он имел право на третью часть добычи. Но к тому моменту сокровища были поделены ( не так как договаривались), и Писарро уговорил его взять меньшую долю награбленных богатств. Теплоты в отношениях это не прибавило.
    Те подарки от короля, которые он привез, и этот дерибан, характеризуют его еще сильнее. Причем если с индейцами можно было бы все списать на то, что мол да какие договоры с дикарями, то с друзьями … такие дерибаны … обычное крысятничество.

    Между тем в Перу стремились толпы авантюристов. На перуанском побережье высадился с крупными силами губернатор Гватемалы Педро де Альварадо. Он надеялся первым дойти до Кито, а уж потом отстаивать права владельца. Узнав об этом десанте, Писарро послал на спорную территорию Диего де Альмагро. Конкистадор отправился в поход с теми незначительными силами, которые были в его распоряжении.
    Можно себе представить удивление и беспокойство, охватившие спутников Альварадо, когда вместо ожидаемых индейцев они увидели перед собой отряд испанских солдат под начальством Альмагро! Оба отряда изготовились к бою. Но подоспевший в это время на помощь к Альмагро Белалькасар сообщил ему, что в Кито не оказалось никаких сокровищ. Альмагро понял, что сражаться по сути дела не из-за чего. Вступив в переговоры с Альварадо, он заключил с ним сделку. Губернатор Гватемалы согласился за сто тысяч песо отказаться от своих притязаний и уступить Писарро весь свой флот и все военное снаряжение. После этого Альмагро вошел со своим отрядом в Кито и отправил к Писарро гонцов с донесением о новой блистательной победе.
     
  15. malxaz старый, больной туркмен

    С нами с:
    26 сен 2010
    Сообщения:
    7.997
    Симпатии:
    1.004
    Адрес:
    El Mundo
    Сайт:
    Репутация:
    92
    Пока в Перу происходили эти события, Эрнандо Писарро прибыл в Испанию с богатым грузом награбленных сокровищ, которые обеспечили ему при дворе превосходный прием. Эрнандо добился для своего брата Франсиско расширения наместнических прав и привилегий, а также ему был присвоен титул маркиза. Отныне Франсиско Писарро — маркиз де Альтавильяс — приобщался к придворной знати, Эрнандо Писарро получил рыцарское звание. Что касается Альмагро, то он был утвержден в должности "аделантадо" — губернатора; его владения простирались на двести испанских миль (больше тысячи километров) без обозначения границ подвластной ему территории, что открывало широкий простор для всевозможных недоразумений и произвольных толкований.

    Когда Альмагро узнал, что ему вверено самостоятельное губернаторство, он решил, что Куско находится на его территории и надо завоевать эту страну. Но его намерению воспротивились Хуан и Гонсало Писарро. Соперники готовы уже были разрешить спор оружием, когда в перуанскую столицу прибыл Франсиско Писарро, "великий маркиз", как его часто называют испанские историки.
    Альмагро, никогда не смог простить своему компаньону ни его лукавства, выказанного в переговорах с Карлом V, ни той развязности, с какой он присвоил себе в ущерб союзникам большую часть добычи и власти. Но так как намерения Альмагро встретили серьезное сопротивление, а сила была не на его стороне, то он до поры до времени скрыл свое неудовольствие и досаду и притворился, будто очень обрадован примирением.

    "Товарищество было восстановлено, — говорит Сарате, — на том условии, что дон Диего де Альмагро отправится открывать новые страны на юге, и если найдет что-нибудь хорошее, то для него будет испрошено наместничество у его величества короля; если же Альмагро ничего не найдет, тогда дон Франсиско разделит с ним свои владения. Договор был заключен в торжественной обстановке, и оба поклялись на святых дарах, что в дальнейшем ни тот, ни другой ничего не будут предпринимать друг против друга".

    Видно хорошо Диего знал своего подельника, как говориться: с волками жить, по волчьи выть, и Альмагро показал, что тоже владеет приемами сидельцев с особого режима.
    После того как был заключен этот торжественный договор, выполненный, впрочем, так же, как и первый, Альмагро занялся приготовлениями к походу. Благодаря щедрости и энергии ему удалось увлечь за собой пятьсот шестьдесят человек. Среди них были и кавалеристы. 3 июля 1535 года, во главе отряда, состоящего из 500—700 испанцев и 15 тысяч индейцев, он выступил из Куско по направлению к Чили. Пройдя 1000 километров, Альмагро предоставил своим людям двухмесячный отдых. В пограничном районе испанцы перехватили груз золота, которое покоренные южные племена послали инкам. Дележ добычи, конечно, только усилил их жажду золота.
    Через пустынное плато экспедиция с боем прошла долину Чикоана, где ему удалось получить лам и кое-какой провиант. Но при переходе через стремительный горный поток большая часть животных погибла. Это был ощутимый удар для экспедиции.
    Особенно тяжело дался переход через Анды. Солдаты гибли от холода, болезней и истощения. Не раз приходилось выдерживать битвы с воинственными племенами, которых еще не коснулась никакая цивилизация. Туземцы нападали на испанцев с такой яростью, что ничего подобного завоеватели не видали ни в Перу, ни в какой-либо другой завоеванной стране. Альмагро дошел до 30 ° южной широты, но ни золота, ни сокровищ в этом краю не оказалось. Тем не менее, он упорно продолжал продвигаться к югу, пока измученные солдаты не отказались наотрез продолжать этот бесполезный поход. В сентябре 1536 года, Альмагро пришлось повернуть обратно.

    Альмагро вернулся в Перу, когда часть страны охватило восстание, поднятое Манко Капаком. Индейцы осаждали столицу страны Куско, где заперлись с горсткой людей Эрнандо и Гонсало Писарро, третий брат, Хуан, был убит во время вылазки (это возле Олантайтамбо). Осада Куско продолжалась шесть месяцев. Немногочисленный испанский гарнизон был изнурен борьбой с пожарами, который инкские воины производили метанием раскаленных добела камней, обернутых просмоленной ватой.

    Манко Капак ездил на испанской лошади, в стальных рыцарских доспехах, а его воины имели несколько мушкетов. Возможно, что все это было приобретено у жадных на драгоценности испанских солдат за золото. Войско индейцев, не привыкшее вести длительные осады, немного подустало, подупала дисциплина, многие начали отлучаться по домам. Перуанцы были уже близки к тому, чтобы взять город штурмом, когда у стен Куско неожиданно появился со своим отрядом Диего де Альмагро. На обратном пути в Перу ему пришлось пересечь гористую песчаную пустыню Атакаму, где его солдаты перенесли не меньше страданий от зноя и жажды, чем в Андах от снега и холода. Достигнув перуанской территории, он узнал о восстании, разбил наголову войска Манко и снял осаду с Куско.

    Это был неплохой момент. Во-первых Альмагро был зол из-за неудавшейся экспедиции, во-вторых он вспомнил все предыдущие обиды, которые нанес ему раньше Франсиско и … решил сыграть Ва-Банкъ. Сославшись на то, что этот город неподвластен Писарро, Альмагро ввел в него своих солдат. Перевес в силах был на его стороне, и братьям Писарро пришлось сложить оружие. 8 апреля 1537 года, Альмагро взял под арест Эрнандо и Гонсало Писарро и объявил себя законным губернатором перуанской столицы.

    В это же самое время значительный отряд перуанцев осаждал новую столицу - Лиму, где находился Франсиско Писарро. Все свои корабли он отправил за подкреплениями в Панаму и послал гонцов в недавно построенную крепость Трухильо, где во главе большого гарнизона находился Алонсо де Альварадо. Писарро приказал ему немедленно отправиться в Куско на выручку Эрнандо и Гонсало. Приблизившись к городу, Альварадо с удивлением узнал, что осада с Куско снята и он снова находится в руках испанцев. Не успел Альварадо опомниться, как Альмагро устроил засаду и взял в плен весь его отряд.

    Теперь силы Альмагро удвоились, так как к нему охотно присоединились почти все солдаты Альварадо. После этого Альмагро оставалось только двинуться на Лиму, чтобы раз и навсегда покончить с Франсиско Писарро и объединить под своей властью оба губернаторства. На это и намекали ему некоторые офицеры, в особенности Оргоньос, побуждавший его немедленно уничтожить обоих братьев Писарро, а затем ополчиться на бывшего компаньона и союзника.
    Но кого Юпитер захочет погубить, у того он отнимет разум. —сказал римский поэт,
    Альмагро, который во всех других случаях никогда не чувствовал угрызений совести, на этот раз проявил нерешительность, а вернее всего, испугался далеко идущих последствий своего бунта против "великого маркиза". Так или иначе, вместо того чтобы выступить в поход, он остался в Куско.

    Если взглянуть на это дело с точки зрения интересов Альмагро, то следует признать, что он совершил роковую ошибку, о которой ему пришлось вскоре горько раскаяться. Но если принять во внимание интересы испанской короны, то начатый им раздор и междоусобная война, затеянная на глазах у неприятеля, уже сами по себе составляли тяжкое преступление. Все таки, Франсиско ездил в Испанию и корешился с королем. И Альмагро это настолько хорошо понимал, что решил ради собственной безопасности занять выжидательную позицию, которая оказалась ошибочной.

    Между тем положение Писарро было не из легких. Ему оставалось только надеяться на время и случай. Силы его были скованы, так как подкрепления из Панамы заставляли себя ждать.
    Альмагро, упустив благоприятную возможность, завел с противником новые переговоры, продолжавшиеся несколько месяцев. Тем временем Гонсало Писарро и Альварадо удалось подкупить стражу и бежать. Уже столько раз обманутый Альмагро согласился все же принять приверженца Писарро — Эспиносу, старавшегося убедить его, что ссора между двумя противниками не только пагубна для всей страны, но, без сомнения, вызовет гнев короля и смещение их обоих с постов. Однако доводы Эспиносы не подействовали на Альмагро. Он хотел, чтобы Писарро по меньшей мере разделил с ним свою власть.
    Наконец, соперники согласились обратиться к третейскому суду. В роли судьи выступил монах Бовадилья. Он потребовал прежде всего немедленного освобождения Эрнандо Писарро, передачи Куско в распоряжение маркиза и посылки в Испанию нескольких офицеров от обеих сторон с полномочиями добиться у короля окончательного решения о разграничении прав обоих соискателей.

    Но едва только последний из его братьев получил свободу, как Писарро, отбросив всякую мысль о мире или перемирии, и показал свое настоящее лицо. Он объявил, что только оружие решит, кто из них — он или Альмагро, будет хозяином в Перу. В короткое время он собрал семьсот человек, начальство над которыми поручил двум своим братьям. Прямым путем можно было попасть в Куско только через горы. Чтобы облегчить себе переход, они отправились по берегу моря к отрогам Анд, откуда дорога вела прямо к столице.

    Альмагро следовало бы защищать горные проходы, но под его началом было только пятьсот человек, и главные надежды он возлагал на кавалерию, которая не могла бы действовать в узких ущельях. Поэтому ему пришлось дожидаться неприятеля в долине Куско.
    26 апреля 1538 года, произошла решающая битва. Оба отряда сражались с одинаковым ожесточением, но победа была одержана во многом благодаря тому, что солдаты Писарро получили на вооружение новые мушкеты, которые стреляли несколькими сцепленными одна к одной пулями.
    В этом сражении, известном под названием "битва при Лас-Салинасе", пали с той и другой стороны сто сорок испанцев. Оргоньос и несколько приближенных офицеров Альмагро были убиты уже после сражения. Братья Писарро снова вошли в Куско и тотчас же захватили престарелого, больного Альмагро.

    В ту эпоху победа, не сопровождавшаяся грабежом, не считалась полной. И город Куско был предан разграблению. Но его богатств оказалось недостаточно, чтобы насытить алчность офицеров и солдат Писарро. Все они были такого высокого мнения о своих достоинствах и заслугах, что каждый требовал для себя большей доли. Эрнандо Писарро, разделив между своими людьми часть добычи, отправил их вместе с присоединившимися солдатами Альмагро завоевывать новые земли.
    После этого он решил разделаться со старым другом Диего. Побежденный соперник "великого маркиза" был предан суду и приговорен к смертной казни. Узнав о решении суда, Альмагро стал ссылаться на свой преклонный возраст, вспоминать старые походы и укорять победителей в несправедливости. Но вскоре к нему вернулось его обычное хладнокровие, и он стал ожидать смерти с мужеством солдата.
    8 июля 1538 года, боясь бунта и не желая из-за этого публичной казни Альмагро, пользующегося любовью солдат - задушили в тюрьме, и только затем публично обезглавили его труп. Так закончил свою жизнь один из трех некогда друзей, которые поклялись друг другу в верности и втроем совершили завоевание Империи Инков.

    Диего погиб, но и у него остался сын и много друзей. Приверженцы казненного Альмагро, пылая жаждой мести, сплотились вокруг его сына и решили отомстить Франсиско Писарро.
    О недовольных, и их заговоре, стало известно друзьям Франсиско, но напрасно они старались предостеречь «великого маркиза». Он к тому моменту уже словил манечку (манию охуевания или величия), и был так упоен своей властью и могуществом, что не желал считаться ни с какими советами. "Пока меч правосудия находится в моих руках, — говорил он, — никто не осмелится посягнуть на мою жизнь".

    Воскресным утром, 26 июня 1541 года, Писарро принимал в своем дворце, в Лиме гостей, когда в дом ворвалось 20 человек с мечами, копьями, кинжалами и мушкетами. Гости разбежались, некоторые выпрыгивали прямо из окон. Писарро, защищался в спальне мечом и кинжалом. Он дрался отчаянно, зарубил одного из нападавших, но силы были неравны, и вскоре он упал замертво от множества нанесенных ран. Так закончилась жизнь второго героя этого повествования.

    Вот и вся история. Что сказать? Честно? Ну не вызывает у меня симпатии личность Ф.Писсаро, ну как не крути ее. Пупс говорил: времена такие были. Я не согласен. Не времена делают людей, а люди времена. Те подлости которые совершал Франсиско и слово, которое он не держал… нет!!! это явно не мой герой.
    Кстати про людей, немного позже, я расскажу о завоевателе Колумбии – дэ Кесаде Гонсало Хименесе, так вот, диаметрально противоположный Писсаро человек. А жил и действовал в те же времена. Такое вот мое мнение.
     
  16. malxaz старый, больной туркмен

    С нами с:
    26 сен 2010
    Сообщения:
    7.997
    Симпатии:
    1.004
    Адрес:
    El Mundo
    Сайт:
    Репутация:
    92
    26 июн 2010, 20:22

    pups писал(а):Hola, Oleg!

    Hola!
    Ну давай подисскутируем, хотя особо и не о чем, в оценке индейцев, я с тобой полностью согласен.
    По истории инков есть у меня несогласие с тобой, точнее с Доном Манцио

    я в принципе не обсуждаю слова Дона Манцио, просто привел фразу вроде бы оцевидца. Скорее всего, просто после нравов испанцев, и ваще европейцев, у Дона Манцио инки выглядели ангелами.
    В принципе да, были у инков тюрьмы, были воры и проститутки (хотя проститутки имхо не есть криминал), но не в таких количествах. На своем опыте путешествия, могу сказать - чем меньше цивилизированных людей, тем менее криминальнее. В горах, так практически никто не ворует, ну разве, что гиды из городов у туристов.
    Нет, у инков тоже криминал был, но не такой, какой им привнесла его цивилизация.
    а вот про Писсаро, готов поспорить. Как по мне:
    - первое, не имеет значение кому ты даешь слово, католику-мусульманину, порядочному или гандону. имеет значение только одно - держишь ты его или нет! Знаешь, как говориться: сначала ты работаешь на имидж, а потом имидж работает на тебя. Так вот, у Писсаро уже имидж подпорчен этим, пусть он в 100 раз этим выиграл какие-то бонусы.
    далее ты пишешь: и вообще на войне как на войне. Это общая формулировка. Были разные войны и разные правила на них. еще раньше Писсаро, в крестовых походах, было много примеров истинного благородства и порядочности между такими вроде непримиримыми врагами, как враги по вере. примеры думаю ты и сам знаешь, Ричард, Салладин, даже среди монголо-татар были примеры.
    И если скажем в первом случае, когда Атауальпу взяли в плен, еще можно подвести под военную хитрость, то после выплаты им выкупа, его казнь!!! ну такого никто по моему не делал, ни фашисты, ни террористы... помню только банду УБОПовцев-оборотней в Киеве, с Гончаровым во главе, так вот только они на моей памяти, после получения выкупа убивали заложников.
    далее ты пишешь:
    Писсаро - крыса. Обокрал своего друга, а затем и вообще пошел на него войной и предательски казнил. А дележ власти всегда, даже в наше политкорректное и просвещенное время шёл таким образом: Сталин и Бухарин тоже друзьями были,Хрущев и Жуков, Брежнев и Шелепин, Ельцин и Руцкой - вот только из новейшей русской истории примеры, а уж в мировой их тьмы тысяч.

    да, примеров тысячи, Сережа, но если вокруг нас тысячи гандонов, это не значит, что мы должны быть гандонами, правда? Есть же и другие примеры. Причем ты приводишь чистых политиков, а я более склонен рассматривать фигуры героев как боевое и солдатское братство. Причем ладно, интриги, борьба за власть и прочее, но великодушие??? Мог бы уже пожалеть побежденного и старого боевого друга, не душить, а просто выслать или под домашний арест.
    Но тут вот, как раз мне кажется и ключик. Сын уборщицы (кастелянши), он понятие не имел, что такое благородство и порядочность. Выросши среди чертей, стать богатым у него получилось, получилось получить титулы, а вот стать человеком аристократии у него не получилось.
    И вообще понятие "гуманизм" в те времена только-только стало формироваться, это, в общем , продукт эпохи Возрождения, до нее такие вещи были просто выше сознания людей.Не преживаем же мы, если комара прихлопнем, а тогда такое отношение к человеческой жизни было.

    Вот на эту фразу, я думаю уже ответил. Сережа, я же сам далеко не гуманист, но есть примеры и из истории Древнего Рима, и Греции, и Крестовых походов, гуманизъм здесь ни при чем. Здесь совсем другое, да забитое примитивное крестьянство ничего кроме жажды обогащения не знало. Писсаро был таким, его ослиное упрямство, это ему помогло. Все!!! И то, что именно он ездил к королю в Испанию. Это вынесло его на волну славы. Все остальное заслуга не только его и не столько его.
    И кстати история по-немногу раставляет все на свои места. Сейчас, памятник Ф.Писсаро убрали с площади Лимы к реке. Думаю через некоторое время ваще порежут. А вот во многих церквях Куско, есть такие таблички:
    [​IMG]

    Я не говорю, что Писсаро - хороший человек, как нельзя это сказать про Чингисхана,Александра Македонского, Сталина, но , несомненно, великий.

    Я говорю, что Писсаро не только не хороший, но и не великий, как скажем и Фидель Кастро. Ему просто повезло, это мое ИМХО.
    Ты, кстати, очень подробно описал его военные деяния, но совсем не упомянул про его заслуги в строительстве, в колонизации завоеванных земель, в цивилизаторской и миссионерской работе, их немало было - Куско даже сейчас мало отличается от того, что было во времена Писсаро, а возведение Лимы в чистом поле?

    Да, согласен, но я его и рассматривал только как конкистадора - завоевателя. А Куско, Куско не он построил, а инки. А разломать все и перестроить на испанский манер, причем не своими руками... много ума не надо.
    Лима? Опять же, это не город в пустыне, были переселенцы, они и строили. Кстати первая столица Писсаро была не в Лиме, а в ...об этом позже.
    Ну всё это ИМХО, жду твоего рассказа о завоевателе Колумбии – дэ Кесаде Гонсало Хименесе, хотя что-то я не припоминаю никого из завоевателей доброго, белого и пушистого.

    Как буду подъезжать к Колумбии. жду контаргументов.

    27 июн 2010, 00:25
    сегодня отправлял посылку в Москву с подарками всем страждущим. всякие свитера-гетры-шарфики и прочее.
    DHL , заломила нереальные цены на посылку - 468 солей за кило и 3-4 дня доставки. помоему по таким расценкам отобьется только пересылка кокса но у меня другое, 5кг 800гр всяких шерстяных и котоновых изделий, общей стоимостью доларей в 150, вряд ли оправдают такую цену на пересылку.
    Поэтому воспользовался услугами CorreoPeru . Выдали ящик из под ТВ, в который я все запихал и упаковал за 2.5 соля. Срок доставки 25 дней и цена 200 солей за все. Когда смотрели тарифы, тетенька сначала зашла в раздел Европа - Москва все таки. Но потом повернув экран ко мне, на котором было написано Belorusia спросила: эстэ? Но - ответил я, и после недолгих поисков мы нашли Россию в АЗИИ :eek:
    Посылку не проверяли, сняли ксерокопию паспорта, откатали отпечаток указательного пальца и если что не так - пообещали найти.
    завтра отдыхаю последний день и ...планирую куда-то ехать. в первую очередь хочу понять, нужен ли мне каньон Котоуаси Зашел в тур-агенцию, прикинулся лохом, сказал: а что и за сколько мы можем посмотреть в этом каньоне?
    Выслушал, набрал рекламок с картами мест и ...дальше мне турфирма не нужна тем более за 100 у.е. тур
    Чем мне интересен этот каньон? В первую очередь тем, что туда мало кто ездит. Люблю такие места, в которые не ездят 90% туристов поэтому скорее всего поеду.
    Потом Ика и сразу же в Уанкачину - уж очень мне на фото понравился этот оазис, больше напоминающий Иорданию чем Перу.
    Далее Паракас - острова. тут придется взять тур, плавать по 28 км в день, я к сожалению не умею
    Ну и оттуда...нет не в Лиму а в Аякучо. Там есть много чего интересного, но об этом позже.
     
  17. malxaz старый, больной туркмен

    С нами с:
    26 сен 2010
    Сообщения:
    7.997
    Симпатии:
    1.004
    Адрес:
    El Mundo
    Сайт:
    Репутация:
    92
    28 июн 2010, 01:59
    завтра выезжаю в каньон Котоуаси. уже приметил себе маршрут, есть много чего интересного, о чем даже нет инфы в ЛП отдельно по Перу.

    А пока я буду лазить по каньону, дней 5 - последняя история, о человеке, поднявшем самое большое и удачное индейское восстание, которое при благоприятном повороте судьбы, могло бы изменить течение истории. Но, увы…

    Его звали Хосе Габриель Кондоркани.
    [​IMG]

    Он был касиком (вождем племени), ни в чем не нуждался по тем временам, очень неплохо жил, но пожертвовав всем, он поднял индейское восстание против испанцев, присвоив себе имя и родство с Туапом Амару, выдав себя за его потомка.
    Почитав его биографию, он и его судьба, напомнили мне одного российского героя. Тот тоже, поднял восстание против самодержавия, тоже присвоил себе родство с погибшим императором России, и то же, преданный близкими друзьями был казнен. Вы поняли о ком я? Да-да, о Емельяне Пугачеве. Эти двое так похожи судьбами друг на друга, что свой рассказ я решил назвать:

    Емельян Пугачев из Перу или Тупак Амару Второй.

    Вначале немного истории индейских восстаний тех времен .
    Антиколониальное сопротивление индейских масс в XVIII веке, приняло широчайший размах. Начавшийся демографический рост наиболее крупных индейских общин кечуа и аймара, наследников высокоразвитых народов Анд, укрепление экономического и социального статуса многочисленной прослойки индейской знати имели следствием возрождение на новом уровне национально-освободительных тенденций и индейских движениях. В 40-80-е годы XVIII века, по Испанской Америке прокатилась волна заговоров и восстаний, охвативших основные зоны сосредоточения крупных индейских народов. Так, в июле 1739 года, в Верхнем Перу, в городе Оруро, власти раскрыли разветвленный заговор, в подготовке которого приняли участие индейские вожди окрестных районов. Его возглавил знатный касик Белее де Кордова, объявивший себя потомком инкской династии в пятом поколении. В составленном им "Перечне обид" он призывал креолов, касиков и всех индейцев протянуть ему руку помощи, чтобы этим героическим делом освободить Родину, избавив ее от тирании, которая держит индейцев в вечном страхе и обращается с ними почти как с рабами. Заявив о преданности католической церкви, он провозглашал: "Моя единственная цель - восстановить Великую империю и монархию наших древних королей". Однако за два дня до начала намеченного выступления его выдал предатель.

    Через три года, вице-королевство Перу всколыхнула новая весть - индеец Хуан Сантос, окончивший иезуитский колледж в Куско и побывавший в Испании, принял имя инки Атауальпы и поднял восстание в горах Чанчамайо, к северо-востоку от Лимы, в окрестностях городов Тарма и Хауха. В 1742-4743 годах, повстанцы овладели 27 селениями. В продолжение последующих десяти лет !!! едва ли не ежегодно колониальные власти предпринимали безуспешные попытки покончить с очагом восстания. Показательно, что повстанцы применяли искусную тактику: избегая открытого боя, они совершали внезапные атаки на отряды королевского ополчения, разрушали мосты, устраивали завалы на дорогах, убивали королевских чиновников. Таким образом, по соседству с Лимой с 1742 по 1756 годы, образовалась своеобразная повстанческая зона, управлявшаяся индейцами и фактически не зависимая от колониальных властей. Среди сподвижников Сантоса, насчитывалось много метисов и сбежавших с береговых плантаций рабов-негров. Сантос объявил себя "господином царства" и потребовал, чтобы все "испанцы покинули перуанскую землю".

    В 1750-1755 годах, в самой Лиме были раскрыты несколько анти-испанских заговоров, у их истоков стояли индейские вожди, в качестве союзников они планировали привлечь не только креолов и метисов, но и негров, работавших в городе и окрестных имениях. Неграм было обещано немедленное освобождение от рабской неволи. Заговорщики намеревались добиться отделения от Испании, посадив на трон одного из потомков инкской династии, который называл себя "Филиппом I, королем южных и северных морей".

    Порожденные практикой колониального угнетения, как социального, так и на¬ционального, индейские движения облекались в сложную идеологическую форму. "Инкская идея" или "инкская альтернатива", с характерным для нее мессианским оттенком стала своеобразной моделью андской идеологии возрождения. Она сформировалась к середине XVIII века, в результате сложного культурно-идеологического процесса, в котором активную роль сыграли индо-метисные круги традиционной андской аристократии, получившей как бы второе дыхание в жизни колонии.

    Идеализированная схема "империи или государства инков" отразила различные реалии: в широком смысле "идеи Инки", сохранившиеся в исторической памяти индейских народов, сформировались как "идея порядка и гармонии", как символ "царства справедливости" - в противовес той дискриминации и угнетению, которым реально подвергалось коренное население. С другой стороны, инкская идея как политически независимая альтернатива, осмыслялась индейской знатью по аналогии с Римской или испанской империями под сильным воздействием процесса европейско-христианской транскультурации, непосредственным участником которого она сама являлась. Словом, активно развивая андскую утопию, индейская аристократия отрицала колониальную систему и одновременно небескорыстно укрепляла и оправдывала собственные властные привилегии.

    Процесс возрождения давал знать о себе в различных проявлениях традиционной инкской культуры, как бы по-новому осмысленной: это и широко распространившаяся "мода" на инкскую одежду и инкские династические регалии (ношение плаща - унку и головной повязки - маскапайчи потомками инкской династии), не говоря уже о практике документального подтверждения знатного статуса в колониальных инстанциях; это и церемониальные "костюмированные" шествия на древний манер, приуроченные ко дням католических святых, и расцвет инкской иконографии: речь идет об изображениях 12 инков, инкского генеалогического древа, которыми украшались частные дома и официальные резиденции - стены кабильдо, храмов и прочее, наконец, превращение языка кечуа в общеандский язык, на котором отныне говорило подавляющее большинство прежде разноязычных народов. Таким образом, "инкская идея" стала той идеологией, которая поддерживала и освящала все индейские движения XVIII века.

    Итак, Емельян Амару или Тупак Пугачев.

    Хосе Габриэль Кондорканки, родился 19 марта 1738 году, в семье потомственного касика Мигеля Кондорканки-и-дель-Камино, владевшего тремя селениями в провинции Тинта. Позже, семья переехала в Куско. Семья его принадлежала к элитной части индейской аристократии. В 1759 году, он закончил шестилетний курс специального училища в Куско для старших детей знатных индейцев. Хосе бегло читал по-латыни, свободно писал и изъяснялся по-испански и как отмечали современники, с особым изяществом на родном языке - кечуа, он хорошо знал библейскую историю и хитросплетения испанского законодательства. Последнее сослужило ему огромную службу, когда в качестве ходока и адвоката по жалобам вверенных его заботам индейцев он начал штурмовать колониальные инстанции.
    Сохранился устный портрет молодого Кондорканки, составленный его современником креолом Пабло Астете: среднего роста, худощавый, с чисто индейской внешностью - орлиный нос, глаза живые и черные, кожа намного светлее, чем у индейцев, но и не такая светлая, как у испанцев. Он с достоинством держался с властями и доброжелательно - с индейцами. Жил не бедно, в дорогу отправлялся всегда в сопровождении слуг, а иногда и духовника. Часто приезжал в Куско. Обычно на нем были камзол, короткие панталоны из черного бархата, шелковые чулки, на башмаках золотые застежки, касторовая испанская шляпа и жакет из золотой парчи, доступные лишь зажиточным людям, дополняли костюм касика. На плечах - традиционный унку - шерстяная туника, на которой золотыми нитками вышит герб далеких предков. Волосы длинные, тщательно ухоженные, ниспадавшие на спину, - отличительный знак индейской аристократии. "Кондорканки весьма почитали во всех слоях общества", - так заканчивает свой рассказ Пабло Астете.

    Кондорканки приумножил свое состояние, занимаясь погонным промыслом, посреднической торговлей. Таким образом, ему не были чужды интересы набиравшей силу креольской торговой буржуазии. Последнее обстоятельство, несомненно, сыграло активную роль в формировании его политических взглядов: он воочию видел положение индейцев и других угнетенных сословий в масштабах всей страны, остро ощущал состояние всеобщего брожения и недовольства, охватившее колониальное общество. Первоначально Кондорканки стремился воздействовать на местные власти в рамках законности и добиться отмены отправления индейцев Тинты на серебряные рудники Потоси. Многолетняя практика хождения по королевским инстанциям и подача челобитных (от провинциального Куско до столичной Лимы) вскрыла перед ним картину преступного равнодушия к нуждам индейцев и наглядно показала бесперспективность легальных средств борьбы.
    Однако поездки и жизнь в Лиме в 1776-1778 годах, ввели Кондорканки в курс революционных событий, происходивших в Европе и Северной Америке, в частности успешной войны английских колоний за независимость. Отказавшись от запланированной поездки в Мадрид и получив заверения в поддержке со стороны группы оппозиционно настроенных креольских деятелей, Кондорканки возвращается в родные места. Он выбирает радикальный путь лечения застарелых язв.

    Первым актом высокого политического и гражданского мужества стали организованные им 10 ноября 1780 года, на площади родного селения Тунгасука публичный суд и казнь могущественного представителя королевской власти, местного коррехидора Аитонио де Арриаги. Собравшимся индейцам, метисам и креолам Кондорканки объявил, что воздаст по справедливости всем коррехидорам и чапетонес (презрительная кличка испанцев), которые тиранят народ, что уничтожит обременительные налоги и ненавистную миту. Кондорканки призвал всех не жалеть жизни, чтобы добиться победы. "Я сам готов погибнуть на виселице и пойду на смерть с радостью, лишь бы вернуть вам свободу" - объявил он собравшимся.

    Индейский касик готовился к вооруженному выступлению со всей тщательностью и установил прочные связи с индейскими лидерами Боливии и Южного Перу, которые и обеспечили ему прочный и надежный тыл в разгар восстания 1780-1781 годов. Большое значение придавалось и техническому обеспечению движения: заготовке припасов, одежды и прежде всего оружия - от традиционного индейского (пращей и копий) до огнестрельного. Кондорканки понимал, что успех в огромной степени зависел от чисто военных факторов, наличия опытных солдат и командиров, вооруженности повстанцев, воинской дисциплины. Ведь, подобно рабам Древнего Рима, индейцам (кроме касиков) запрещалось иметь не только огнестрельное, но и холодное оружие, им возбранялось даже находиться вблизи помещений, где оно производилось!!! В штаб-квартире восстания (Тинта) были построены литейные мастерские, где отливались пушки, тесаки, шпаги под началом пленного артиллериста испанца Антонио Фигероа. Однако огнестрельным оружием повстанцам удалось снабдить лишь тысячу человек.
    Обращает на себя внимание и многообразие тактических приемов, которые использовались во время восстания. Во многих воззваниях Кондорканки представлялся личным посланцем испанского монарха Карла III. В стране, где все дела вершились именем короля, ссылка на его авторитет, особенно в первые дни восстания, придавала действиям повстанцев видимость законности в глазах представителей всех сословий. К подобной тактике приходилось прибегать из-за низкой сознательности угнетенных масс, их наивного монархизма. Стремясь заручиться возможно более широкой поддержкой индейцев, Кондорканки, как и многие его предшественники, для осуществления своего грандиозного замысла использовал инкскую идею и собственное аристократическое происхождение. Под его первым воззванием стоит подпись: "Дон Хосе Габриэль Тупак Амару, индеец королевской крови инков и главного рода Инка" . Называя себя Инкой, он рассчитывал в полной мере опереться на тот высокий, непререкаемый авторитет, которым издревле пользовались среди индейцев обладатели этого титула. Современники станут звать его Тупак Амару II, или Великим повстанцем.
    Тупак Амару II стремился сделать максимально понятными для самых широких слоев населения задачи начатого им движения: отсюда его многочисленные манифесты, воззвания и обращения, размножавшиеся специальным штатом секретарей и писарей и доходившие до самых глухих уголков сьерры. Вот образец одного из таких указов от 15 ноября 1780 года: "Сообщаю, что приказом свыше имею задание уничтожить коррехидоров и миту в Потоси, алькабалу, адуану и многие другие пагубные установления" . В другом документе: "Приказываю также сделать копии с текста оригинала, чтобы вывесить их во всех селениях этой провинции и на воротах всех церквей, чтобы сей приказ стал известен всем жителям и никто не остался бы в неведении."

    К 19 ноября 1780 года, Тупак Амару овладел родной провинцией, городами Кикихана, Тинта и другими. В селении Сангарара, повстанцы разбили полуторатысячный карательный отряд, высланный из Куско.
    В начале декабря 1780 года, бурно растущая повстанческая армия устремилась в поход по провинциям юга и юго-востока Перу, чтобы подавить сопротивление роялистов, угрожавших ей с тыла. 7 декабря 1780 года, отряды Тупака Амару пересекли горную цепь Вильканоту - границу между вице-королевствами Перу и Рио-де-ла-Платой - и вышли на альтиплано, к озеру Титикака. По освобожденным районам прокатилась волна народного гнева: восставшие уничтожали помещения мануфактур и таможен, усадьбы асендадос, церкви, здания провинциальных кабильдо и тюрем. Заключенные, в том числе и негры, получали свободу и вливались в армию повстанцев. Королевская казна, имущество бежавших владельцев поместий и копей подвергались разделу. Захваченные обширные угодья "навечно" распределялись между крестьянами асьенд.
    В воззваниях Тупак Амару называл себя "освободителем королевства", провозглашал программу социально-экономических реформ, которую в революционном порядке осуществлял на практике. Повсюду объявлялись вне закона коррехидоры, репарто и принудительные работы в копях и обрахе, многочисленные старые и новые драконовские налоги, уничтожалась налоговая документация, назначалась индейская администрация. Испанская и креольская знать, королевские чиновники, местное ополчение бежали, оставляя в руках повстанцев селения и города. Всего за время южного похода под знамя Тупака Амару встало население 24 округов. Численность его армии выросла до 80-90 тыс. человек!!! Охваченные паникой колониальные власти серьезно опасались, что восстание может привести к потере всего вице-королевства Перу и части Рио-де-ла-Платы (Верхнего Перу). Судьба Куско - колониальной цитадели Сьерры - казалась им предрешенной.

    Объединительные планы Тупака Амару обращались к широкому кругу участников его движения. Прежде всего он стремился сплотить многочисленные индейские народы в единый пан индейский мир или союз вокруг инкской идеи, в которой возрождались ростки "национального" самосознания; в основе их лежали набиравшие силу в течение всего XVIII в. многочисленные андские и межрегиональные торгово-экономические связи. При этом он ополчился на кастовые предрассудки, считавшие коренное население "подлой расой". Впервые открыто заявив, что индейцы - это могучий корень, питающий живительными соками все сословия, Тупак Амару потребовал признать их полноправными соотечественниками креолов.
    Великий повстанец пошел дальше, выдвинув идею многонациональной Родины для всех народов, населявших Перу. В его воззрениях Родина это не только Анды и не только индейцы, это Родина всех соотечественников, всех перуанцев - в противовес Испании, родины испанцев-чапетонов. Вот почему многие современные латиноамериканские исследователи характеризуют эту сторону деятельности Тупака Амару как "новый интеграционный национализм", "проповедь перуанского или до-американского антиколониального союза", "политический план национального единства", усматривая в этом главную заслугу Тупака Амару. И действительно, призыв к единению "соотечественников всех званий и положений, рожденных в этих землях", как писал он в одном из воззваний, во имя борьбы против тяжкого ига тиранического правления Испании", стал принципиально новым лозунгом в политической жизни колонии.
    Будучи прежде всего вождем индейского крестьянства, Тупак Амару в то же время стремился выразить чаяния и других угнетенных сословий. Он попытался отменить рабство, в частности освободил из тюрьмы Сангарара заключенных рабов-негров, после чего они пополнили повстанческий отряд; в указе от 16 ноября 1780 года, он призвал жителей Куско отобрать у испанцев всех находившихся у них в услужении рабов и немедленно предоставить им свободу.
    Тупак Амару, видимо, понимал, что главной его опорой должна стать многочисленная, экономически могущественная, но ущемленная в политических правах прослойка креолов. Он прилагал огромные усилия, чтобы привлечь ее на свою сторону. Тупак Амару усиленно подчеркивал: "Я сочувствую землякам-креолам, которым никогда не собирался причинять никакого вреда". В разгар восстания, в декабре 1780 года, он писал в одном из обращений: "Меры, которые я принял, направлены на поддержку, защиту и охрану благополучия испанцев-креолов, метисов, самбо и индейцев, потому что все мы земляки и соотечественники...". Вопрос о том, быть или не быть союзу с креолами, особенно остро встал в решающие дни восстания, в декабре 1780 - январе 1781 года, когда 40-тысячная армия повстанцев осадила Куско.

    В обращениях к "кабильдо великого города Куско" Тупак Амару развернул программу намечаемых реформ, в частности предлагал уничтожить систему коррехидоров, обременительные таможенные пошлины и другие новые налоги, ввести институт выборных чиновников из числа индейцев и главное, образовать аудиенсию в Куско во главе с вице-королем в качестве ее президента. Последнее предложение прямо адресовалось креольской прослойке города, которая давно мечтала прибрать власть в сьерре к своим рукам, задыхаясь от торговой и экономической монополии далекой Лимы. Тупак Амару ясно понимал, что именно здесь, у стен Куско, решалась судьба начатого им движения. Поэтому он нуждался не в поверженном городе, а в союзниках, чтобы расширить свои действия до масштабов всей страны.
    Тем не менее, креолы не пошли на союз с восставшими. После двух недель боев повстанцы, численность которых более чем в три раза превышала количество осажденных, по неизвестным причинам снялись с занятых позиций и в середине января 1781 года, отошли на юг, в провинцию Тинта.
    Это было начала конца. Очевидно, Тупак Амару полагал вновь вернуться к осаде Куско, использовав временное отступление как передышку для накопления сил, для чего он отдал указ реквизировать скот и королевскую казну в контролируемой им зоне. Однако в феврале 1781 года, отряды повстанцев были вынуждены оставить районы, прикрывавшие Куско с запада, севера и с востока, в том числе стратегически важные крепость Паукартамбо и мост через реку Апуримак, по которому проходила связь с побережьем. С конца февраля положение Тупака Амару резко изменилось. 23 февраля, на улицы Куско вошли карательные силы во главе с генеральным виситадором Арече и фельдмаршалом Хосе дель Валье. Два месяца потребовалось им, чтобы преодолеть по горным перевалам путь из Лимы. Отныне Тупак Амару перестал быть хозяином положения и в Тинте: он был отлучен от церкви и за его голову была назначена награда. Переход к оборонительной тактике, крушение надежд на единство действий с креолами, наступление 16-тысячной карательной армии имели драматические последствия; к апрелю 1781 года, после ожесточенных сражений провинция Тинта была окружена королевскими силами. Окруженный превосходящими силами противника, он принял последний бой. А 7 апреля 1781 года, после поражения своей армии, он был схвачен мулатами, рассчитывающих получить обещанные за него двадцать тысяч песо.

    Восстание продержалось всего пять месяцев.
    Потом начались допросы – испанцы хотели знать, кто еще из индейской знати и креолов был с ним в заговоре, его пытали, но так ничего и не добились.
    15 мая 1781 года был подписан приговор, обрекавший на мучительную казнь.
    Через три дня на главной площади Куско, Тупака Амару привязали за руки и за ноги к седлам четырех лошадей и погнали лошадей в разные стороны.
    «В это время поднялся такой порыв ветра и ливень, что все люди и стража поспешно разбежались. Индейцы говорят, что само небо и силы природы оплакивают смерть Инки.»
    Это было самое грандиозное индейское восстание за всю историю Латинской Америки.
    После смерти Тупак Амару стал в Перу легендой и символом свободы.


    P.S.Колониальные власти рассматривали казнь Тупака Амару как победу, дававшую им ключ к глубинным областям вице-королевства Перу, охваченных волнениями. Однако движение, поднятое Великим повстанцем, не только продолжалось, но и набирало силу. По подсчетам Б. Левина, в середине 1781 года, на территории более 1500 кв. км (от Куско до Потоси) сражалось около 100 тыс. индейцев и метисов во главе с оставшимися на свободе последователями Тупака Амару - его братом Диего, сыном Мариано, а также вождем индейцев аймара Хулианом Апасой. Закончилась провалом попытка колониальных властей соединить армии двух вице-королевств и снять кольцо окружения вокруг стратегически важных центров сьерры - городов Пуно и Ла-Паса. В мае 1781 года, у северных берегов озера Титикака сформировалась новая повстанческая армия, объединившая действия двух братских индейских народов - кечуа и аймара. В мае 1781 года, пал город Пуно, в августе - Сората. Самым же значительным военным успехом повстанцев стала двукратная осада Ла-Паса, продолжавшаяся с марта по октябрь 1781 года. В 1782 году, волнения охватили аргентинские провинции Сальта, Жужуй и Тукуман; они докатились до Новой Гранады (современная Колумбия), где развернулось столь же мощное, как в Перу, антиколониальное движение так называемых комунерос; волнения захватили северо-западные города Венесуэлы и окрестности Сантьяго и Чили.

    Участники волнений неоднократно присягали "королю Куско или Америки Тупаку Амару". Это был поистине континентальный резонанс.
    Лишь к середине 1783 года, колониальным властям удалось восстановить контроль над обширными районами Центральной и Южной сьерры. Для этого им пришлось бросить против повстанцев отборные регулярные части, а также прибегнуть в 1782 году, к лицемерной "всеобщей амнистии и перемирию", после чего сдавшие оружие руководители восстания были предательски уничтожены. Около 70 человек, родственников Хосе и Диего Тупак Амару, дети, старики и женщины до пятого поколения, были насильственно вывезены в Испанию и Африку, где упрятаны в тюрьмы и монастыри.
    Несмотря на активное участие в восстании угнетенных низов, на их героическое массовое сопротивление карательным отрядам, на необычайный накал, проявленный ими революционной энергии, движение 1780-1783 годов, закончилось поражением. Одной из основных причин этого стал отказ подавляющего большинства креолов поддержать народное движение. Недовольная дискриминационной политикой испанской метрополии креольская прослойка не шла далее требования некоторых реформ, в частности, облегчающих обременительный налоговый гнет. Ведь благосостояние креолов - крупных торговцев, землевладельцев, собственников скотоводческих эстансий, шахт и мануфактур - покоилось на подневольном труде закабаленных метисов и индейцев. Напуганные размахом народного движения, они опасались, что ломка колониальных институтов затронет и их коренные интересы. Подобная перспектива заставила их отложить на второй план разногласия с колониальным режимом и за отдельными исключениями, принять сторону короля. Креольская среда в Перу в то время еще не выдвинула осознанной программы действий и политического деятеля, равного Тупаку Амару.

    Важно отметить, что размежевание коснулось и индейских рядов. Тупак Амару не смог добиться единства действий и с такими естественными, казалось бы, союзниками, как индейские касики. Часть из них (около 70 из Куско и его окрестностей) верой и правдой служили испанскому королю. За этим могли стоять глубинные между общинные и этнолокальные противоречия как наследие еще не изжитого до конца испанского прошлого. Не случайно очевидец и участник событий епископ Куско - Москосо, считал, что, если бы индейские вожди поддержали Тупака Амару, восстание не удалось подавить. Беспрецендентной на этом фоне выглядит деятельность дона Матео Макавы, индейского аристократа, чье генеалогическое древо также восходило к династии инков. "За блестящие действия", по словам современника, в деле подавления движении он получил знание полковника ополчения, утвержденное самим испанским королем Карлом III, несколько золотых медалей и почетное место в кабильдо Куско. Однако пройдет 30 лет и логика исторических событий заставит его, хотя и с опозданием, продолжить дело, начатое Тупаком Амару, на стороне патриотов.
    Анализ документов восстания доказывает, что индейский вождь вынашивал план осуществить инкскую альтернативу до конца - свергнуть испанское господство и провозгласить независимое государство.
    Масштабы развернувшихся в 1780—1783 годах событий, необычайный накал классовых и этнических противоречий, продолжительные военные действия, политическая программа, отражавшая чаяния восставших, все это позволяет говорить о том, что по существу движение, возглавленное Тупаком Амару, стало крестьянской войной, затронувшей жизненно важные устои всей колониальной системы Испании. По значению, в истории Испанской Америки его можно сравнить с такими революционными движениями в странах Европы, как крестьянская война в Германии 1524-1526 годах (Ф. Энгельс называл ее краеугольным камнем немецкой истории) и как крупнейшее антифеодальное движение в России под руководством Емельяна Пугачева 1773-1775 годов.
    В результате развязанного испанскими властями террора в сьерре погибло более 100 тыс. человек, главным образом индейцев. Опустошению подверглись целые округа, сожжены десятки селений, поля заброшены, замерла жизнь рудников и обрахе. Во внутренних областях страны на долгие годы воцарилась разруха. Военные расходы составили огромную сумму - более 2 млн. песо.
    Колониальные власти сделали выводы из грандиозного потрясения 1780— 1783 годов, Испанская корона в 1783 году, уничтожила институт коррехидоров, объявила вне закона ненавистные репарто. В вице-королевстве Перу было введено восемь интенденсий, управлявшие ими интенданты и субделегаты отныне назначались в Испании на твердом жалованье, существенно ограничивалась власть вице-короля. В 1787 году, в столице сьерры Куско была наконец учреждена королевская аудиенсия. Так после смерти Тупака Амару, осуществились многие его предложения. Однако эти реформы мало что изменили в положении индейцев.
    В 1784 году, испанское правительство, крайне неудовлетворенное малой эффективностью ополчения, решило усилить регулярную армию. В такие важные города, опорные пункты колониальной власти, как Куско, Арекипа, Такна и другие, были посланы пехотные гарнизоны, дабы рассеять всякие иллюзии о слабости королевского оружия. Следуя дискриминационной политике, власти в срочном порядке заменили испанскими военными командный состав ополчения и отказали в награждении креолов, активно участвовавших в подавлении восстания. Таким образом, в Перу роялистам удалось за четверть века до начала войны за независимость укрепить свою власть перед лицом потенциальной внутренней угрозы, которая исходила как со стороны оппозиционных креольских верхов, так и со стороны угнетенных низов, чем роялисты и обеспечили себе стратегические преимущества по сравнению с другими регионами.
     
  18. malxaz старый, больной туркмен

    С нами с:
    26 сен 2010
    Сообщения:
    7.997
    Симпатии:
    1.004
    Адрес:
    El Mundo
    Сайт:
    Репутация:
    92
    03 июл 2010, 06:44
    Ну сначала о департаменте Арекипа и что в нем можно посмотреть.
    Кроме засиженного туристами как мухами каньона Колка, и не считая восхождений на Ель Мисти (5822м) и Чачани (6075м), кстати есть еще Коропуна, аж целых 6613 метров (это любителям восхождений). Так вот есть еще ряд интересных мест. Перечислю:
    - Reserva Nacional Salinas y Aguada Blanca (есть боске дэ пьедра, пещеры, лагуны) – 71 км – ехать 2 часа.
    - Petroglifos de Toro Muerto (наскальные рисунки Империи Вари, которым более 1200 лет) – 164 км – 3 часа 30 минут.
    - Valle de los Volcanes (небольшие вулканчики с прикольными кратерами, город Империи Вари Antaymarca и каньон из лавы, глубиной 50 м, в котором 40-ка метровый прикольный водопад) – 350 км – 9 часов.
    - Valle y canon Cotohuasi ( есть 9 инкских руин, три водопада, кактусовый лес, каменный лес, еще какой-то лес, арко дэ пьедра, наскальные рисунки доинкского периода, двое горячих источников и еще куча всего по мелочам) – 375 км – 12 часов.
    - Puerto Inca (инкский порт возле городка Чала) – 395 км – 9 часов.
    - ну и по мелочам, типа Петроглифов на Пьяной Горе (Cerro Boracho) и пары термальных источников.

    По любому из этих сайтов, можно подойти на плацу дэ Армас, в информацию туристику (там говорят на английском) и узнать все что нужно и посмотреть фото и рекламки.
    А то наши туристы… наши туристы интересные люди
    Начало. Заброс на форум Винского: посоветуйте, что стоит посмотреть, скажем в Перу? Им накидуют сайтов, насиженных туристами, которые смотрят 95% потом они кропают маршрут «галопом по Перу», выставляют его на критику. Его критикуют кто не попадя и усе! Поехали! Так и просится фраза Саши Белого из сериала «Бригада»: «Пчела, живи своими мозгами!» Не всем же нравится одно и то же. А потом начинаются отчеты: меня не торкнуло в Перу (еще где-то, добавить по смыслу). Но ведь для того чтобы торкнуло, надо смотреть, что нравиться, а не то, что смотрят 99%. А для этого надо собрать информацию, ведь кто владеет информацией, тот владеет ситуацией! Ладно, проехали и поехали дальше.

    Каньон Kotohuasi
    Каньон находится в 12-ти часах езды от Арекипы. Столицей его считается городок с одноименным названием. В самом, каньоне есть много чего (я написал выше), я побывал не везде, но о том что видел лично - расскажу.
    Pasaje (билет на бус), стоит или 28 солей, или 32 соля. Есть всего две компании ездящих туда, одна Reyna, вторую забыл. Бусы отходят в 16-00 и 16-30 и приезжают ночью, в 3-30. Но об этом все хосталы в Котоуаси знают, и поэтому портье не спят. Хосталов штук восемь. Все рядом с плацой принципаль – не заблудитесь.
    По пути проехали Корире – городок в котором известные (но только не для наших туристов) петроглифы на Торо Муэртэ. К ним я еще вернусь, я по обыкновению сначала доезжаю до самой дальней точки, а потом, возвращаясь смотрю все остальное.
    Приехал в Котоуаси, заселился в хостал (по 15 солей ) и заснул до 7 утра.
    [​IMG]
    [​IMG]

    Встал, позавтракал и стал выбирать маршрут. Карта у меня была с собой (взял в Арекипе в тур-фирме), хотя здесь, ее можно получить по адресу:calle Centenario 206, в офисина ла каса дэ ла Культура и Туризмо Провинсиал. Выглядит она вот так:
    [​IMG]

    Есть четыре направления.
    Первое: Томепампа – Алка – Пуйка
    [​IMG]

    В Томепампе нет ничего, возле Алки, в Лучо – горячи источники и в Кауана – руины инков + руина в Тикнай. Возле Пуйка, есть руина Маукайкта и лес Пуйас Раймонди.
    Вот это направление, я и выбрал на первый день. Микро отходят с площади, начиная с 6 утра и до 6 вечера с интервалом каждый час. Но !!! едут только до Алки, там до Пуйки, надо искать другое колективо. Я не стал заморачиваться и доехал только до Алки. Плаца принципаль:
    [​IMG]
    [​IMG]

    Есть хостал, довольно таки приличный, есть неплохой ресторан, меню комплето – 3,5 соля. Чтоб узнать дороги к руинам, в этом же ресторане, отловил шерифа, а вернее комиссара местной полиции. Мне подумалось, кто же как не он, должен знать. Шериф оказался прикольным, веселым мужчиной лет 45-ти, похожим на мексиканского полицейского, каким его показывают в Голливудских фильмах (усатый с проседью типичный латинос), но !!! нихуя не знающий дорог и мест расположения руин. На помощь ему, пришла хозяйка ресторана и очень доходчиво мне все объяснила. Поблагодарив всех (включая шерифа), я удалился пообещав вернуться на обед. План был таков: сначала забираюсь на р. Тикнай, спускаюсь назад в Алку, обедаю и залажу на р. Ккайа. Во-первых туда дольше добираться, а во-вторых оттуда есть другая дорога прямо в горячие источники. Как раз, самое оно после всех этих карабканий. Вот как дорога выглядит снизу, руина – там где одинокое дерево:
    [​IMG]
     
  19. malxaz старый, больной туркмен

    С нами с:
    26 сен 2010
    Сообщения:
    7.997
    Симпатии:
    1.004
    Адрес:
    El Mundo
    Сайт:
    Репутация:
    92
    03 июл 2010, 07:10
    Залез на первую руину:
    [​IMG]
    [​IMG]

    Ну, что вам сказать??? Такое впечатление, что меня жестко наебали. После всех этих МП, Писак, Чорекирао и прочих, этот жалкий сарай…и заросшие террасы…
    Вид на Алку сверху:
    [​IMG]

    Спускался с куевым настроением, потом поел и …все-таки решил лезть ко второй руине. Вид снизу:
    [​IMG]

    Два часа под палящим солнцем и я на месте.
    Эта руина, более-менее стандартна. Между двумя горами перевал, слева гора-мирадор, справа гора на которой был храм и площадь:
    [​IMG]

    Между ними всякие строения-террасы-водостроения:
    [​IMG]
    [​IMG]
    [​IMG]

    Правда, тоже, никуя не реставрирована, козы-овцы пасутся. Стоит только учитывать, что это была территория бывшей Империи Вари. Инки их покорили, но все-таки это был немного другой народ, более примитивный скажем так. И строили попроще. Хорошо сохранились только террасы (как всегда) и лестницы (наверное, местные реставрировали), все остальное в плачевном состоянии.
    Посмотрел, пошел вниз. К 4 часам вечера, был на водах на термальных
    [​IMG]

    Они состоят из 3-х писин, первая – закрыта на ремонт, вторая – под открытым небом, в форме обычного бассейна (вход - 2 соля), и третья – с крышей и персональными раздевалками, в форме круглого бассейна (вход – 5 солей).
    [​IMG]

    Ее я и выбрал, и как оказалось не зря. В первую, минут через 10 навалило местных, и стало как всегда и везде. А в эту (дорого) и кроме меня, были еще парень и девушка (перуанские туристы). Поэтому получилось нормально отвиснуть, точнее отмокнуть.
    В 5-15 я вышел, через мост напротив - два ресторана. Зашел в один, пиво-труча-сопа=10 солей. К 6 вечера, был на дороге, где меня и подобрала последнее микро из Алка в Котоуаси.
    Приехал, расспросил расписание на завтра в сторону Кэчуайа (самая глубокая точка каньона – 3.535 метров).
     
  20. malxaz старый, больной туркмен

    С нами с:
    26 сен 2010
    Сообщения:
    7.997
    Симпатии:
    1.004
    Адрес:
    El Mundo
    Сайт:
    Репутация:
    92
    03 июл 2010, 07:29
    Там с транспортом сложнее. Микро в 6 утра, и обратно в час дня. А мест много: две руины, термальные источники, лес кактусов и водопад Сипиа. Самая дальняя точка – 44 км. Туда доеду, а назад наверное пешком.

    День второй, Катарата дэ Сипиа, боске дэ кактус Худиопампа, Белинга, агвас термалес, руина Уанья, Кечуайа.
    [​IMG]

    В этот день, я поставил личный рекорд – прошел 58 км !!! Я не планировал – так получилось, но обо всем по порядку.
    Встал в 5 утра, потому как единственный бус в Белингу выезжает в 6 утра. Умылся, позавтракал и около шести был на площади. Буса нет. Спросил у теток, которые продают вот эти горячие коктейли из трав всяких (они знают лучше всех), говорят будет в 6-30. Приехал в 6-40. Поехали. Убитый бус, даже не понял какой марки и чьего производства (типа нашего ПАЗика), но с ТВ, по которому крутят двд с клипами 80-х годов: Модерн Токинг, Си Си Кейч, РадиоРама, Лондон Бойс. Я приторчал, вспомнил свои 16-ть лет (как раз все эти клипы были).
    Эх !!! Где мои 16-ть лет??? Где меня сегодня нет???
    Сейчас так прикольно смотреть на их прикиды, как они танцуют. А раньше…
    По пути отмечал в памяти контрольные точки, приблизительные расстояния от этих точек. Проехали начало тропы к водопаду Сипиа, потом лес кактусов, еще немного и конечная. 8-00 утра. 30-й километр. Белинга (5 или 6 домов). Дальше еще есть дорога, но поезд дальше почему-то не идет. Спрашиваю водилу: а когда назад? В 9-00 – ответ. И больше бусов не будет. Ну ладно, старичек-хозяин хостала, говорил, что ездят машины - вернешься на попутке.

    Иду, делаю фото.
    [​IMG]
    [​IMG]
    [​IMG]
    Вот эта, мне кое-что напомнила.
    [​IMG]

    Особенно вот так.
    [​IMG]

    Дошел до первого моста.
    [​IMG]
    [​IMG]

    Перешел. Прикольный мост. Такие видел до этого, только в кино, про Индиану Джонса. Весь шатается. Половицы просто из веток деревьев. Камни, кстати ложат на него, чтобы меньше раскачивало от ветра.
    [​IMG]

    Залез на верх. Первая руина.
    [​IMG]
    [​IMG]

    На другой стороне - террасы.
    [​IMG]

    По карте – карсель дель Инка. На тюрягу не похоже. Прошел дальше. Мужик пашет поле. Спрашиваю: а где тропа? Он говорит: ты не туда пошел, тебе назад через мост, и по низу – тропинка вдоль реки, до следующего моста.
    Думаю, что-то гонит, но пошел назад. Вернулся к мосту. По карте, должны быть горячие источники рядом. То, что это не окультуренное место, а чисто природный гейзер, я уже понял. Думаю надо найти. Искал, искал, куй в …
    Пошел по тропе вдоль берега. Прошел где-то пол часа. Смотрю, писина небольшая, вроде давно выложена. Хотел холодной водой лицо сполоснуть – а в бассейне горячая вода !!!
    [​IMG]
    [​IMG]

    Агвас кальентес, совсем в другом месте, чем на карте указано. Ваще, я потом понял, что эту карту или пьяный художник рисовал, или художник был трезв, но рисовал со слов пьяного гида. Все почти, что неправильно.
    Дальше второй мост, тоже прикольный.
    [​IMG]
    [​IMG]

    Минут через тридцать – следующая руина:
    [​IMG]
    [​IMG]

    Эти руины тоже на карсель не похожи. Это террасы. Но не для выращивания агро-культур. Как потом узнал, на этих террасах строили дома индейцы Империи Вари. Жертвенный камень:

    [​IMG]

    На нем, какой-то шутник жертву нарисовал:
    [​IMG]


    Вообще, никаких указателей, никаких табличек, только это:
    [​IMG]

    Единственное указание, что это зона археологика. Дошел до села Кечуайа. Тоже хат пять. Выращивают виноград. Места хорошие. Хотел остаться, но ни в одном селе, нет ни одного хостела. Спальник-коврик и продукты, тоже не взял – ночевать негде. Хотел дойти еще до самого глубокого места в каньоне (3.535 метров глубина). Но не хватило времени. Кечуайа, это 44 км от Котоуаси, то, что я засветло не вернусь я уже знал (фонарик был с собой). Хотелось успеть вернуться к водопаду и сделать фото.
    Поэтому, в 12-15 повернул назад. Сначала остановился скупаться в реке – вода холодная. Минут через 20-ть, дошел до горячих источников – вода горячая (как в ванной). Залез, сижу:
    [​IMG]

    Потом вылез и пошел дальше. По пути, нашел пару пещер:
    [​IMG]
    [​IMG]

    Залез внутрь. Они сука, длинные… пролез метров 30-ть, а они все идут и иду вглубь горы. Воздуха стало меньше, да и одному… вернулся обратно.

    За пол часа до захода солнца, дошел до Сипиа. Водопад понравился, метров 25-30, в узком ущелье. Воде тесно, такое движение воды – сила!!!
    [​IMG]
    [​IMG]
    [​IMG]

    Допил чай в термосе и с наступлением сумерек пошел дальше. Навстречу - машин штук пять было, в мою сторону – ни одной. Был бы по пути хоть один хостал, остановился бы ночевать. Но до Котоуаси – ни одного !!! Не спать же на земле, пришлось идти. Так-то, не устал. После этих горных походов с 10-ти кг рюкзаком по тропам, с перепадами высот – нормально, как тренировка. Но км за 5-ть до Котоуаси, километраж дал себя знать. Ноги налились свинцом и шел, как будто на ногах рыцарские доспехи.
    В 20-30 был в центре. Итак, с 8 утра, от 30-го км до Кечуайи = 14 км и от Кечуайи до Котоуаси = 44 км. За 12 часов 30 минут – 58 км (без учета отдыхов и купаний).
    К моей радости, харчевни еще работали. Зашел в первую попавшуюся и взял пиво «Кускенью» (650 мл) и суп с каким-то вторым (кура-рис-салат 4 соля). Ну и потом зашел, купил билет на завтра до Корире (там петроглифы), посмотрел как сыграл Парагвай (выиграл у Японии), ответил на вопросы и в отель – писать отчет.

    Утром съездил опять в Лучо, погреться перед дорогой и в 16-30 выехал в Корире.
    Сначала час ждали пока делали дорогу (сейчас по Перу - сезон ремонта дорог), потом разные остановки, то да се, в итоги приезал в Корире, в два ночи. Ели ели, достучался в третий хостал. Им оказался рекламируемый ЛП Вилис хостал. Цена рекламная - 25 солей смотрю, чем дырее дыра, тем выше цены.
    Завтра буду смотреть петроглифы.
     

Поделиться этой страницей